Мне

С той поры улеглись килограммы пыли,

И по ней я иду, чёткий след чертя.

Как дитя, я кричала , чтоб только любили

И сама позабыла, что я - дитя.

Я об этом теперь уж нескоро вспомню.

Замолчу обо всём, что не чушь, не смех.

Где ты там в духоте безоконных комнат,

Мой скукоженнный маленький человек?

Не видны никому те твои седины,

Но состарившись раньше, совсем не срок,

Ты стоял на сорвавшейся в море льдине

И вернуться в детство уже не мог.

Вкривь и вкось на старом листе альбомном

Чей-то дом начерчен дрожащей рукой.

Я не помню тебя, совсем не помню.

И в беспамятстве том мой тревожный покой.

Но всему на земле и на небе в мире

Возвращаться вселенский велит закон.

И сегодня в бессонной моей квартире

Свет фонарный ложится на пол в наклон.

В нём, в рассеянном этом свете

Твой нелепо сгорбленный силуэт.

Что мне сделать, скажи мне? Ну, что мне сделать,

Чтоб забыл ты, что правды на свете нет.

Нет, не так. Чтоб поверил в правду другую.

Да возможно ль оно вообще? Окстись!

Я тебе обещаю мою дорогую

И колюче-прекрасную нашу жизнь.

Будет больно не раз, теперь я знаю,

Но едва ли будет уже больней.

Не с тобой это было, малыш, а с нами,

Но забыть во сто крат было легче мне.

Не припомнить, когда распрощалась с тобою -

Я у памяти лживой давно в плену

Лампы свет, крадущийся по обоям

В чёрной пропасти лжи тонул...

В липкой, вязкой пустой тревоге,

У которой ни смысла, ни слов, ни сил...

Я стою, как чудовище, на пороге...

Ну, спроси меня:"Почему?" Спроси!

Мир затерянный! Мир огромный -

Свет и тьма, белизна и грязь

Я мечтала в окне видеть дождь и солнце,

Но в холодный бетон упирался глаз.

Не виню, не корю - это всё - пустое,

Но скорбеть не мешайте, умники, мне.

Нарисованный детской нежной рукой

Жёлтый луч бежит по бетонной стене.