Стыдно вспомнить
и мы, рысаками когда-то,
И кучеров мы имели лихих,
Пили шампанское, сорили деньгами…
(А. Апухтин 1870ые)
Навеяно …
В пору голоштанной юности, то бишь, - студенчества, забрела наша компанЬя в один уютный дворЫк. Милый такой дворик, детские грибочки, опять же, котики по лавочкам разложены, щурятся на солнышко, шарики, лениво так шлифуют, нехотя, даже на птичек, никакой реакции. Воробьи, чуть ли за хвост их не цепляют. Ромашкой пахнет, полынью и прелыми досками. Бабушки, не очень назойливые, в сторонке общаются не очень активно. Всё, как положено, - располагает...
Сначала, конечно, они нам палочками махали, то-есть, тросточками, не палочками. Но, скажешь разок на их «выш иродЫ хули..хулиганьО..», тихо так, душевно:
-Садись с нами мать. За жизнь пожалуйся, испей водочки. Вспомни молодость... Они и, …исчезают кудаЙто.
Вобщем, мы – культурно отдыхали. С водочкой, и пивком, конечно. А пивкоооО, пеперь-то, и нет такого! Разливное, холодное, желтенькое, аж само на солнышке светится, и табличка, "выпей меня". Вру, конечно, какие таблички) Даже газики еще не все вышли, так в нос и шибает, если сразу много заглотить. И так оно..нежно в пустом желудке колышется, вот, даже если у тебя депресняк, или, к примеру, с Махой поругался, или не дает, йвсе равно, заулыбаешь, будто тебя по головке гладят, или, что-то очень приятное делают.
Пивко у знакомого ларька брали. Малый наш, в том ларьке, и как привезут, прежде чем, в бадью воды шурануть, ну и, всякие там свои примочки: соду ли, стиралку, чтоб круче пенилось, он нам сразу и звонит. Мобил-то ещё не было, он - прямо на вахту в общагу: "Милиция,- говорит, -лейтенант Козлов, особый отдел, мне Шипилова из 312 ой". Серегу Шило в момент к телефону подзывают, остается только емкости свободные прополоскать, и на пивнуху выдвинуться. Бывало, с ведром приходилось, даа, если в канистре ...что-то другое замутили.
Ну, отвлёкся. Пара флакончиков, серьёзных таких, ну и канистрочка наша, походная, на 10 литров.
Даж, рыбка была... Сначала. Расстелишь, было, газетку, с мордой какого-нибудь толстож... толстощекого с его «Вперёд! Придём к победе..!», кинешь на неё рыбку, а рыбка, аж..соком исходит, играет на солнышке всеми цветами побежалости, будто в соляру макнули) А запах, слюнки текут, можно, даж газеткой закусывать, прозрачной, от жира. Мы ж, - студенты ,– тиллигЭция, едрён батон, не хухры – мухры.
На гитаре прилично лабали. Танюха с Мышкой, всё больше Цоя, для разугреву. Женек, - Кинечева и Шевчука, все песни знает. Мой репертуар – все дворовые, понятно дело... А Серёга, как малиновский пропустит, так, вообще, всё может исполнить! Даже, если слов не знает, всё равно, может! Ток, напой, скажет, и тут же соляк перебором выдаёт, как по нотам, по писанному. На вокзале за это ему в момент наливают и денег кидают в футляр. А здесь, мы забесплатно, для настроения, чистое искусство, неподкупное. Даже если кто-то денег прелагает, Серый всеравно отказывается.
Подходи, мил человек, присядь с нами, пивка выпей, спой. Песня, она "строить и жить помогает". Мож и построим чего, раз коммунизм не сподобились. А то вокруг, мноого всего поснесли да поздали. Те1, что о народе думают, ночи не спят, все думают, как бы чего еще... Но, молчу.
И, видать, в тот вечер мы очень не дурно так лабали, - поймали настроение, и, понятно дело, нас в гости приглашали.
Мы, конечно, чаще отказывались, из скомности природной. Да и по нужде, удобней под яблоньку нашу, чем с балкона поливать ...в три струи. Но, не всегда отказаться получалось, если уж люди сильно симпотичные приглашали. Ещё, потчевали всяко, напитками, не сильно разнообразными.
А что тогда в магазине было-то? Водка, ток по талонам. Пиво? Бутылочного не было, а баночное, аж самому смешно. Баночным тогда разливуху называли, что покупали трехлитровыми банками на точках за городом. Ну, мож, портвейн какой проскочит. За " три топора" весь район в очередь встанет, и проголосуют за любого... Так что, лучше не скажу, чем нас угощали.
А закусь, так во дворе, целая яблоня, - бери не хочу.. Даж под деревом подобрать не стремно. Главное, чтобы сухое было. Тиранешь об штанину разок и грызи, закусывай. Смачно, да с хрустом, с витаминами.
Итак, процесс нехитрый, размеренный: наливаем, подымаем, затряхнули, занюхали. Рукавом. Не, вру, какие рукава летом, приятней всего, приблизишь так друга, и маковкой. А друг, он всегда рядом. Не может такого быть, чтобы бухать, а друга рядом не было. Затянулись, аж до слёз пробирает, сентиментальность прёт, чёрт бы её побрал...
Совсем забыл, табак тогда у нас кончился. По всей стране кончился. Кризис табачный.
Так-что, собрали листвы посуше, затёрли, в газетку свернули, на спичечке подсушили. Затянулся, значит ся, и - «Пара гнедых», - понеслась душа в рай. И двора уже нет, песня накрыла. Только мы, да пара усталых гнедых коней в упряжи. Зорька, ток-токо разгорается, кони, в тяжелой старинной сбруе, с бубенцами, и настроение такое.., слезное такое, траурное, душу щемит, аж лицо кривится. Провожаем, остатки Блудницы. Не чокаясь, помалеху, мелкой рысцой...
Далее,– «монтаж плёнки» - не всё помню связно. Обидно, но ничего не поделаешь, напряжённая учёба сказывается, сессия интенсивная, недосыпы, опять же, для здоровья вредные.
В какой-то момент замечаю, что уж, ночь вокруг. Это, по ощущениям. То ли в глазах потемно, то ли небо почернело, сыро на лавочке, ветерок поднялся, свежий такой, и кисляком прет.
А нас, ток четверо осталось: яблонька наша, Серёга, бутылка шампани (откуда-то появилась) и я с гитарой. И эта еще, сейчас знаю, как её зовут, тогда, не важно было, не звали, сама приходила.
Так вот. Ощущаю я, в какой-то момент, в глубинах брюха (ну, или там, на коем месте оно бывает у «нормальных пацаноf»), странное брожение. И Серый, кудайт подевался, занырнул в темноту. Судя по шелесту, не сильно далеко ушел. А та, которую теперь знаю, как зовут, отобрала у меня гитарку, справилась, ссука, я тогда ещё мелким был, и давай меня тискать, на коленки к себе тащить, целовать, абсолютно везде целовала, даже неприлично... Хотел ей сказать:
-дура, что ж ты делаешь... Не успел, «не вынесла душа поэта» и, звиняЙтИ. Блеванул я на неё. А дело такое, как Михалсергеич учил, "главное, нАчать". Начал, с верху. Продолжил. Усугубил. Далее, опять, – «монтаж видеоряда», видать, растворился в природе.
На утро, похабно... Но, колоночка во дворе имелась, синяя, горбатая. Повис на ней, водички попил, личико освежил, волосики промочил, ий сновА, - огурец!
Пацаны откуда-то подтянулись, всё легче. Что не вспомню, подскажут, а главное... Гитарку выкупать пришлось. Не, не дЕньгами.. Да, и откуда у нас деньги-то могли взяться. Пожалуй, совру, что – не помню...
Потом, кефира пару бутыльков, по кругу, прямо в гастрономе, присели у окошка... Теперь и нет таких бутылочек. Спасательных. Да, и кефир уже не тот. Ээх, золотое было аремя, едрен батон, нынешние, и рядом не стояли!
И, совсем бы не вспомнилась энта история, если б... Очень маловероятный случай вновь не столкнул с той, (глубокомысленно держу паузу) «которую не знал», и... так не аккуратно расписал. Теперь, ток улыбаться и остается.
В новой жизни её Анжелой Олеговной звать. Начальствует, с… . Удачный зАмуж. Дворец, в четыре этажа, крузак белый, с водилой, - всё, как положено. Я её барину участок делал. В античном стиле. От одних только роз среди колонн и водоёмов в глазах рябит. Строгая барыня, принципиальная, на хромой козе не под,едешь. Рабочих гоняет, ток рубаха заворачивается...
А как гитарку в руки взял, да «Пара гнедых» вывел, будто подменили. И ток по имени, и советуется, и шутит, и "ха-ха-ха" влючает! Мужу то, хорошенько уже, за полтос...
Только я виду не подаю, - всё строго, чинно и "на вы». Не на «три вы», это со своими в процессе, чтоб фасон держали.
Но, как-то, стыдно мне становится. Ну, абсолютно не по мне блевать на людей. Даже на очень плохих, всё равно, стыдно! И, ничего с этим поделать не можу. А ещё, терзают смутные сомнения, и всё пытаюсь подсчитать, сколько её доче годиков. Считаю, и сам себя торможу: да ну на х.. Не может быть. Да и, вовсе, не она. Тогда, вообще то, темно было! Не помню совсем.
Да ну нах..!!!
Фотография из тернета. Пацаны, не обижайтесь, похожи)
