Ближе к духам

Мертвецки уставший бредёт по бульвару;

Ресницы бледнеют в терзаниях вьюги.

Содрогаясь губами, глотает водяру -

Желтеют в ознобе костлявые руки.

Тащит подошвы, чавкая снегом...

И, шапку оправив грубой мозолью,

На трóпку свернул сбивчивым бéгом.

Хрущёвки мышиные усыпаны солью...

 

Пятная бетон, ввалился в подъезд:

Мерцание лампы, шелест саней...

Зацокали туфли, выглянул перст -

Колышутся груды серых кудрей:

 

- А-а, вот и ты... С работы, Юрец?

Ну проходи. Готова девчонка, -

В глазах заиграл холодный свинец. -

Деньги принёс? Принесло же бесёнка...

Да не мне! Ей отдашь, как зайдешь.

 

Взвизгнули страстно стальные болты.

- Ах, ты как сугроб! Ну даёшь!

Ох, это мне... Как вы щедры!

 

Струи сползают, кожу срезая,

Пена скользит по кудлатым ногам,

Плитка свистит, светом играя...

Впивается в шею, ближе к духам,

Глубже во мрак, дальше от муки,

Грубо сжимает худые бока -

Пылко краснеют костлявые руки...

Скудно стекает по бёдрам тоска.

 

Тропинкой побрёл, клюкая морсом -

Ворóны ликуют над мусорным баком.

Серебряным взглядом, согнутым торсом -

Режет толпу убийственным мраком.