Симпатичное

Анна Иделевич, на самом деле, я хотел заняться своим любимым делом: нравоучениями и советами, как писать стихи) есть в ваших текстах много, что я переделал бы на свой вкус) но ваш феномен настолько необычен для меня, что немного поразмыслив, я понимаю, что не могу посоветовать вам что-то внятное. очевидно, что русский язык для вас - до известной степени консервированный воздух, словарная иллюзия, нескончаемая музыка в голове, плохо соединяемая наверное с англоязычной реальностью, и все эти поскальзывания на грамматике, как на льду, это просто оторванность от актуальной разговорной практики, как я понимаю. и тогда ваша поэтика, возможно неосознанно, делает головокружительную штуку - его дидактика и скованность, его скрытая энергия выплёскивается через опыт тела, ведь тело не может врать (как примерно рассуждали бы вы), и телесные рефлексы должны реконструировать мир языка не хуже любой реальности. и то что может показаться эстетикой нимфомании, на самом деле является языковой жаждой - особенно это видно по вкраплениям англицированных конструкций, когда русская звукопись словно пожирается английским ртом) простите за такую образность) хотя, в общем-то, и неважно, что чем является в конечном счёте, главное, что я слышу в этом честность, для меня это краеугольное условие поэтического высказывания.

Я перечитываю вашу гипотезу, Алишер, касательно лингвистической относительности, где структура языка определяет мышление. Я уверяю вас, я не нимфоманка. И даже более того, я не столь оторвана от естественно-русской языковой среды. Я читаю много книг. Мы ходим на концерты "Сплина" и "Би-2" (в уме произнеслось Bi two). Вы меня потрясли и смутили, вот что я вам скажу! Возвращаюсь к работе... Вы поэт, ваши слова несут особую силу, а элегантные теории рушатся под натиском красоты.