ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ПУТЬ БЕЗ ОТПРАВНОЙ ТОЧКИ.

…

 

А в пламени том, на краю пустого листка,

Как печать — проступает имя: «AndRoss».

И в ответ, сквозь тишину всех картотек,

С новой полки, где ещё нет ни пыли, ни сроков,

Чирикнула спичка, родилась строка.

Не конец. Передача. Пустота ждёт толчка.

 

…

 

 

 

Творён из отзвука последнего спора,

Из теплоты, что на стекле застыла.

Очнулся AndRoss. Мир качался скоро,

И в виски бил навязчивый, как мысль, стук.

За окном — молоко слепой метели,

Вагон был пуст, как череп после казни.

Ни следов, ни вещей, ни пахнущих тел —

Лишь сердца одинокого казани.

 

В карманах — пустота. Лишь смятый клок:

«Не ищи начала. Ищи исход» — как намёк.

И из тени, что сгустилась за спиной,

Встал Контролёр — безликий и немой.

 

КОНТРОЛЁР:

«Ваш билет. Основание для пути. Предъявите билет.

Без бумаги этой вы — нарушенье хода.

Просто груз. Не пассажир. Груз, что едет в никуда.»

 

ANDROSS:

«Куда мы? Где станция? Я требую ответ!

Этот путь — он в свет? Или в чью-то злую шутку?

Я не груз! Я — пламя! Я не ваша утка!»

 

КОНТРОЛЁР:

«Билет — есть смысл. Нет билета — нет и лица.

Ваше «я» — вопрос. На него ответ — частица.

Вы — пометка на полях чужого маршрута.

И для вас звучит лишь гудок, но не фанфара чутка.

Ваше «завтра» — не входило в смету. Ваше «вчера» — стерто.

Остаётся лишь принять конец, как дверцу в небытие распахнутую.»

 

И здесь грянул гром. Металлический глас, в котором узнался холодный тон:

 

«СТАНЦИЯ «ЗАПРУДНЯ». КОНЕЧНАЯ. ВЫХОД. ВСЕ КОНЦЫ ЗДЕСЬ НАХОДЯТ СВОЙ ЧАС.»

 

И шагнул он в белое горло зимы,

Где за спиной, неотступно, дышали тьмы.

 

(*Диалог с Бюрократом на крою бытия.)