Туманный Берег

Наш корабль попал в полосу густого тумана и казалось, застыл на месте.

Вокруг был лишь туман, блестевший мелкими каплями воды на одежде.

Но корабль всёже плыл к берегу, поскрипывая своим деревянным туловищем.—

 

Прибрежные скалы медленно появлялись из тумана, словно сам туман сгущаясь превращался в камень.

Возможно, что это моё зрение привыкало к сплошной серости и вытаскивало из неё сначала неопределённые силуэты, затем наполняло их деталями.

Только лучше бы эти детали оставались туманом, потому что при приближении к берегу и дальше в форте и поселении их становилось всё больше.

 

У подножия скалы с маяком висел на деревянном столбе мёртвый пират, одним указывая курс к бухте, другим — плыть прочь отсюда.

На нём сидело несколько птиц, поклёвывая голову и плечи.

 

Этот пират был известной морской крысой.—

Грабил небольшие рыбацкие посудины, а недавно, собрал целую орду отребья и взял штурмом маленкий посёлок.

За это его и повесили под маяком, как пугало для его приятелей.

 

Чем дальше от крупных портов и шумных столиц — тем свирепее нравы.

На маленьком рынке рядом с фортом висели два тела — то ли украли что–то, то ли просто морды этих бродяг кому—то не понравились.

В самом форте — тоже виселица: дезертир без формы в нижнем белье.

На окраине посёлка — ещё один повешеный.

За что его повесили — неясно, кто его вешал — неизвестно.

 

Мимо бегали друг за другом подростки, и никто не обращал на виселицы внимания.—

Трупы висели повсюду и видимо, давно были обычным делом.

А войны здесь никогда не было, и делать ей здесь нечего — местные сами себя вскоре уничтожат.

 

Комендант форта был рад и не рад нашему внезапному появлению.—

С одной стороны, гости были здесь редкостью , с другой стороны, и не нужны они здесь — мало ли что кому может не понравиться (виселицы, например)

 

Но он надел свой парадный сюртук и почти остроумно балагурил за столом, накрытым в нашу честь.

Таких комендантов много повсюду с растратами казны, самосудами и незамужними дочерьми.

Лица и шутки этих владык не запоминаются — всё слишком одинаковое.

 

Я не помню название этого форта и острова, не помню даже имя моря, на берегу которого нас втречал покойник.

В памяти всё слилось в одно и то же — крепости, корабли, трупы, трактиры и напуганные поселяне.

Войны нет, но повсюду — нищета, разруха и казни воров; а казни эти — жестокие, потому что воруют не излишки, а то немногое, что есть у людей.

 

В гарнизоне форта вместе с комендантом осталось всего 8 человек (девятый попытался сбежать, но был пойман и повешен)

Эти люди несли службу, обрабатывая свои огороды, чтобы не умереть от голода.—

Жалования им давно никто не платил.

Были у них сабли, ружья и даже старая пушка, но наверное, пороха для неё давно как не было.

 

Мужчин в посёлке осталость тоже меньше десятка.

Жёны были не у всех, а детей было мало и новых рожали неохотно.

 

Но самое странное, то что в форте не было обычного флага, поэтому так и осталось непонятным — какой стране принадлежит этот берег.

Возможно – никакой...

 

После угощения мы решили осмотреть посёлок и местные виды, хотя в тумане были различимы лишь контуры ближайших предметов.

Но и сам туман был достоин внимания.

Поглощая все звуки и сужая поле зрения, он создавал весьма необычное настроение.

 

В центре посёлка стояла ещё одна виселица, что меня не удивило.

На ней висели двое мужин в живописных лохмотьях.

«Мародёры»— кратко пояснил комендант.

Похоже, кроме нас, на эти казни никто не обращал внимания, словно эти виселицы стали частью тумана, скал и одноэтажных лачуг, а может, так оно и было.

Только у меня остался незаданным один вопрос — откуда столько преступников появилось в маленьком посёлке, вдали от цивилизации и обычных морских путей?

 

Туман сочился из каждой трещинки в скалах, из под каждой шапки мха, наползал на форт и на море.

Днём было светлее, но это был странный рассеянный свет в густом тумане.

Не зная местности, заблудится в таком море тумана было достаточно просто и вскоре исчез один из моих спутников.

На это не сразу обратили внимания, поэтому было неизвестно, когда он исчез.

 

Комендант форта проявил, как мне показалось, излишнюю обеспокоенность этим происшествием.

Он уверил нас в том что с бандитами здесь давно покончено, но тутже добавил, что несмотря на это, постоянно случается всякое.

Он собрал поисковый отряд, раздал людям факелы и велел производить побольше шума, чтобы заблудившийся смог найти дорогу по крикам.

 

Участвовать в поиске вызвались пятеро мужчин и все взрослые дети, а все остальные остались копаться в грядках.

 

К сожалению, ни в форте, ни в посёлке нашего спутника не оказалось, поэтому поиски продолжились в очень густом тумане у самых скал.

Ко мне подошёл один из солдат гарнизона и негромко спросил:

— Вы скоро отплываете?

— Вечером. Мы вам мешаем?

Дальше он говорил шёпотом, придвинувшись ко мне вплотную:

— Не мешаете. Возьмите меня с собой до первого порта. Пожалуйста! Я знаю морское дело — раньше ходил вдоль побережья. Только никому не говорите об этом, даже - своим!

— Хорошо. Но к чему все эти тайны?

— Когда вы уплывёте, снова кого-то повесят или посадят на кол. Если не поймают бродягу, то казнят кого-то из местных, возможно — меня. Надоело жить в ожидании своей участи...

— Вы и на кол людей сажаете? Мы видели только повешенных.

— Вам не нужно на это смотреть.

Он отошёл от меня и присоединился к своим.

— До вечера!

 

Своего пропавшего спутника мы так и не нашли — похоже, туман сожрал его, не оставив никаких следов.

Но отплывать нужно было в тот же день, поэтому на нашу просьбу задержаться капитан только покачал головой и промолчал.

На корабле находилась очень важная почта, которую нужно было доставить вовремя.

Мы погуляли по суше, пополнили запас воды, и нужно было отплывать...

 

Дезертир подплыл на лодке к кораблю и прятался в трюме до самого отплытия с небольшим узелком пожиток.

Его никто не распрашивал, и его познаниия в морском деле были в общем–то не нужны, хотя он и пытался помогать матросам.

А в ближайшем порту, он как и обещал, покинул корабль, смешавшись с толпой у причала.

Судя по всему, он был рад оказаться с маленьким узелком в незнакомом месте.

 

Я не помню, где всё это происходило.

В моей памяти сохранились только два вопроса: как мог потеряться в поселении наш спутник, и что было в узелке дезертира — что он украл в форте на прощание?

Впрочем, не моё это дело.

05-12012026