Как армия падают один за другим, за другим

Как армия падают один за другим, за другим.

Вены дрожат и сердце взрывается.

Мы в тире.

Падает косолапый медведь, падает остроносая пушка, падает тирагаллоит кровожадным сгустком.

Пуск и мишени с черными окружностями

оглушены командами пли

откидываются назад,

сильная отдача в плечо.

Раз, два, три, счет потерян.

Начинающий стрелок – это я, еле стоит на ногах,

а ты перезубриваешь офицерский устав. В парах конца августа.

Неумение найти тон тебя тревожит.

Со мной белокожей, слабой невозможно.

Как сдирать кору с карельской березы, любезно предлагающей березовый сок

и розовый сосок.

Вид со стороны, они так раздеваются.

Она вдыхает его крем для бритья, его шампунь, еще что-то.

Он говорит ей: «Чтобы остановиться скажи розовое. Пароль – розовое».

И покрывает ее поцелуями в виски,

в уголки рта, в щеки.

«Сейчас произнеси. Сейчас произнеси».

Но она делает немного больше, чем не произносит пароля. Она целует его в ответ.

Время между сверканием молнии и громом, и падением картонных фигур.

Дурное, дурманящее, одурманивающее.

Потом они целуются как сумасшедшие,

как будто их жизнь зависит от поцелуев.

Мясистыми языками, набухшими деснами, стукающимися зубами.

С грохотом падают на пол.

Ни следа от манерности. Поднести, направить, чтобы она в приливе беспомощности, покорности...

А он в пылкой, острой потребности,

о которой она еще не знает,

совершал в скорости выстрелов...

Что на меня нашло? Я дышать не могу.

Ситуация ухудшается тесно сомкнутыми губами.

Он раздвинул ее и взял как свое.