Вишня

А было вот что – качалась лодка,

и в этой лодке сидели двое.

Ходили вёсла, ходили локти,

тянуло тяжестью и левкоем.

Тянуло слева, тянуло справа,

а эти двое смотрели прямо,

смотрели прямо в глаза друг другу,

а между ними стояла ругань.

Они молчали, и было слышно,

как с диких вишен слетала вишня,

и слышно было, как билось слева

у той что справа,

того, что слева.

 

Они когда-то, в каких-то жизнях

детей рожали, рождали крики,

ломали копья, кидали пики.

Кидать, конечно, сподручней в ближних.

 

А в жизни этой они немые,

как эти рыбы в реке под лодкой.

 

– Не мы поссорили их, не мы их

свели друг с другом в одной подлодке, –

кричали рыбы, молчали рыбы,

 

а было вот что – качалась лодка,

кричали в лодке немые, либо

уже молчали, кусая локти.

 

И только Кришна, а может Вишну,

а может…

Словом, тот самый главный

сидел у речки, глотая вишню

взирал на лодку, кидая камни,

и думал – люди,

и думал – карма.