"Рассвет без сценария — Споры в пустоте"
Рассыпался в песок, в золу, в ничто.
И был создан Свет — идеален, пуст и сир,
Где не было ни пятна, ни клейма, ни лживого лица.
Но души, помещённые в кристалл того рая,
Вдруг ощутили жгучую тоску:
Им нечего было прощать, нечего клеймить, латая
Свои провалы чужим грехом — пустую муку.
И взоры, отвыкшие от тени и извилин,
Начали искать изъян не в тьме, а в чистоте.
«Слишком ярко светит», — прошептал один уныло.
«Слишком гладко, — вторил второй, — на этой глади скользко мне».
И пошли толки: кто достоин больше света,
Кто при старом мире был правей, святей.
Воздвигали меру из былого этикета,
Чтобы отмерить ближнему лучей.
Искали пылинки в лучах, пятна на мраморе стен,
И, не находя, творили их из слов:
«Ты дышишь не так! Твой взгляд сомненьем зелен!
В раю таком не место для таких основ!»
И Святой Лик, что создал мир без изъяна,
Смотрел, как в чистоте рождается новый спор,
Как без грязи, без тьмы, без старого обмана
Находит сердце повод для раздоров.
Он видел: в вечном свете, лишённом тени,
Людская мысль тени свои лепит из воздуха и слёз,
И судит ближнего уже не за преткновения,
А за то, как он этот дар бездонный пронес.
И понял Лик, быть может, в этот миг усталый,
Что создал только холст, бездушный и большой.
А битва света — вечна и изначальна,
Ибо живёт не в мире, а в душе самой.
И самый страшный суд — не между тьмой и светом,
А в сердце, что, узнав сиянье как закон,
Себя святым считает перед целым этим светом
И начинает новый круг. И снова он — не он.
