Тьма

Тьма была, как это ни странно, тьмой. Плотной, тихой, мягкой на вкус, как подушка на покорном камне лица. Сделать вдох всё труднее. Пальцы сминают простынь, ноги вскидываются в воздух и обречённо выбивают пыль из продавленного матраца — они словно бы пытаются вынести глупое тело из пылающего в лёгких безжалостного пламени. Ещё немного — и всё закончится.

Больше не нужно…

 

… просыпаться. Луна вычерчивает геометрически точный прямоугольник окна на потолке. Курю прямо в него. Выдыхаю горьковатый, седой дым, цепляющийся клочьями тумана за подоконник, растворяющийся без следа в бездонной черноте, очерченной едва ощутимым силуэтом проёма. Но никакого окна нет. И сигареты нет. Есть только два пальца, прижатых к губам. Поцелуй как…

 

… благословение. Выбрасываю сжатую в кулак руку вперёд и вверх. Чувствую как проминается плоть врага под костяшками моих пальцев, слышу сдавленный вскрик, не давая передышки, бью ещё и ещё раз, слышу стук упавшего тела, делаю жадный вдох и захожусь в жесточайшем кашле.

Постепенно глаза привыкают к темноте, осторожно сажусь в постели, оглядываю комнату. Безбожно хочется курить. Включаю свет, вслепую шарю по тумбочке, хотя прекрасно знаю, что там ничего не может быть — бросила, когда узнала, что беременна…

 

… тобой. Ты лежишь у кровати, тонкие руки намертво вцепились в подушку, на кипельно-белой крахмальности расцветают неровные, бурые пятна. Подбитый глаз наливается кровью, осколок выбитого клыка белеет жемчугом в распоротой губе. Плачешь, скулишь, как побитый щенок. Вздыхаю, встаю с кровати, ложусь рядом — прямо на окровавленную подушку — заглядываю в глаза. Вижу лишь своё…

 

… отражение. Плачу, целую в макушку, вдыхаю сладкую свежесть твоих волос, выхожу из комнаты. Всё, что ты слышишь — треск с силой распахнутого окна.

 

… Тьма - это просто тьма…