Сад Гесперид
13/11/25
Иней покрыл яблоки,
павшие с тонкого древа
в мякоть чернеющих крошек
теплой еще тверди.
Иней покрыл яблоки
глаз, распахнувшихся в панике,
выбелив чащу ресничную,
выменяв лаву на платину.
Северный ветер ласкает
волны изнеженных бухт,
не знающих ног человека,
но знающих крылья ктулху.
Яблоки пахнут детством,
яблоки гнут ветки,
но падают все же с разбегу
и расшибаются в щепки.
Вóроны слепят покойных,
кладут на глазницы монетки,
щелкают клювом острым
с чернильных рисунков Мане,
и свет, отраженный с червонца,
ложится любовно на пену
взлохмаченных волн океана,
берег берущих в плен.
Аурум мелкими крошками
тонет в воде цианидной,
чтоб заново впиться в корни
дерева Гесперид.
Кожа сгорает на солнце,
плавится в/плоть до костей,
что станут опорой для новых
побегов всходящих растений.
Все соразмерно в мире,
жизнь повторяет искусство.
Вода точит камень, но рáкушки
друг об друга стирает в дюны.
Смерть - соучастник Жизни,
Жизнь - соучастник Смерти.
Сад расцветает снова
в теплой уже тверди.
