я пропил всё
Не кличь меня, дорога полевая,
Не пой, камыш, про волюшку в ночи.
Душа моя, как лошадь удалая,
Закушена до крови у печи.
Не тот уж я, не тот скандальный малый,
Что рвал гармонь и девок целовал.
Теперь мой хмель — свинцовый и усталый,
И каждый стих — как будто наповал.
Гляжу в окно — огни чужие светят,
Не тот рассвет, не тот берёзы стан.
И только псы бездомные отметят,
Как я в ночи отчаянно был пьян.
Пьян не вином, а горечью рябины,
Что сыплет дождь на стылый подоконник.
Продали Русь за медные полтины,
А я в ней был — последний беззаконник.
И что теперь? Скрипеть пером гусиным?
Да нет пера, и гуси — не летят.
Лишь провода гудят тоскливо, длинно,
И в проводах метелицы висят.
Так пусть висят! Пусть воют до рассвета!
Мне всё равно, какой встречать конец.
Я пропил Русь... и не ищу ответа,
Зачем в груди стучит ещё живец.
Пойду бродить, где стынет грязь дорожья,
Где фонари — как виселицы в ряд.
И пусть меня проклятое безбожье
Сожжёт дотла, как тот осенний сад.
