Проторенной дорогою

Проторенной дорогою туман спускается в низины с важным видом и наблюдает, потчуя обиду, как день осенний ночи рушит план. Как серебро всё чаще на ветвях является под утро украшением и стены не даруют укрощение блуждающим по местности ветрам. Листва мертва, нет дела никому, что ветви непокинуты, однако, колышется как серьги в мочках - злато, предавшись смертью даренному сну. И как пришелец, взглядом окатив всё это вымирание без темы, куст хризантемы тенью бросил в стену, под фонарём

цветов красой грешил.

Газон молчал, его трава чуть свет, припала к почве будто к батарее, но всё напрасно, больше не согреет земля остывшая, ей скоро снега плед дарует покрова не сохранив ни мягкости, ни лёгкости начала. Зима собою мир венчала и город мой всем сердцем предан был.

Горсть фонарей как бусины во тьме скатившиеся с перетёртой нитки, голОвами к зиме совсем поникли, лишь холод пробегает по спине...И мостовая , тут, у ног плашмя подбитой птицей рвущейся на волю, лежит безмолвно и не шевелясь, показывая, что давно покорна и сломлена, уже не улететь ей даже в мыслях, выси- журавлями пытались осень вытравить, стереть, замыть следы холодными дождями.

Но лужи - мостовой как зеркала разбившиеся сразу при побеге, осколками зеркалят якоря ладьи дырявой, что гниёт на бреге, где пусто, только волны о бок бьют, мечты на дно таинственной рыбёшкой и одиночество, вручив опять статут, мешает облака огромной ложкой.

Ни мошек, паутин, ни даже мух всё сгинуло, проститься не желая.Мой город в край холодных белых стуж направился и с ним же мостовая, дома, проулки, парки, суета всей местной фауны, где флора в смертной коме. Мир крадучись, накрыла простота, укрыв под ржу деревьев старых корни.

_________________________

28.09.2025