Харон

Холодные пальцы растаявшей осени

касаются век,

не оставив следа.

Я сотню сезонов в пучину вод сбросила,

в аду межсезонья застряв навсегда.

 

В туман междумирья вкрапляются отблески –

слезами замёрзших блуждающих душ.

Прошу перевозчика древнего:

«Доблестный,

меня переправь

и проклятье разрушь.

 

Я – пепел сожжённых, опавших, ноябрьских.

Я – спешных шагов исчезающий след.

Я – эхо не сбывшихся снов и попавших в Стикс.

Забытая песня весны.

Меня нет.

 

Рутина из образов жалящих слеплена.

Из боли рождённая – болью сыта.

Я падаю в мёртвую реку намеренно,

но память мою отторгает вода.

 

А мне бы вести хоровод со снежинками;

В проталинах сна пробуждать семена.

В других параллелях,

где всё ещё живы мы,

Блестеть над скорбящими

словно Луна.»

 

Но хмурый Харон вновь оставит у берега.

Гниющий причал мой приют на сто лет.

Костей не найдут

и истлевшего черепа…

… убийца, увы, не оставил монет.