Я сойду на полустанке-5. Стихи из дневников
КАК ДОЛЖНОЕ
ЖИЗНЬ ПРИНИМАЯ,,,
Война пощадила меня.
Как будто гроза, стороною
Она обошла мое небо
И детство мое обошла.
Была она не надо мною,
Но все же над этой страною,
Но все-таки близкие судьбы
Жестоким огнем обожгла.
Мне больно, тревожно, неловко
За то, что я поздно родился,
За то, что меня не бросала
На землю взрывная волна,
За то, что предсмертной затяжкой
Со мною мой друг не делился, –
Мне больно, тревожно, неловко,
Хотя не моя в том вина.
Как должное жизнь принимая,
Я верен неловкости буду.
Но если... Прошу, заклинаю,
Припомнись, России судьба! –
Когда я в усталось поверю,
Когда я случайно забуду
О тех, кто отвел мое горе,
Кто принял грозу на себя.
Конец 60-ых. Служба в армии.
ПЕСНЯ
Володе Санатину
Не молчите тоскливо,
А кричите: «Ура!»,
Ведь на Щипанке пиво
Продается с утра.
Пиво, словно крапива,
Душу вам обожжет.
Ах, какой же счастливый
Вы сегодня народ!
Ну, а я не счастливый –
Денег нет у меня.
Обойдусь и крапивой,
Хоть и корм не в коня.
И под плач балалайки
У косого плетня
Две кривые нанайки
Похоронят меня.
26.05.78 г.
КОТЁНОК ЧАПА
Сергею Анисимову
В потоках лунного света,
Которую ночь без сна,
Похожий на поэта,
Сидел я у окна.
И, нежно укутав лапы
Пушистой шалью хвоста,
Сидел котенок Чапа,
Похожий на кота.
Проходит лето за летом,
Сменяется лист листом...
Я всё не стал поэтом,
А Чапа стал котом.
19.07.78 г.
ПО ВЕЧЕРАМ
По вечерам грохочет гром,
Но как-то тихо и беззлобно,
Как будто где-то за углом,
Или
за горизонтом
словно.
По вечерам за полосой
Молчаньем скованного леса,
Как ливень, движимый грозой,
Шумят
и вдаль уходят
рельсы.
По вечерам, зарей маня,
тоска полей, сливаясь с телом,
Зовет,
зовет,
зовет меня
К несуществующим пределам.
Конец 60-ых , служба в армии.
* * *
О, край нетронутых снегов,
Как далеко тебе до лета!
Берёзы у опушки леса,
Как рифмы звонкие стихов.
И ослепительно и строго,
Как белоснежные стволы,
Устало свесила дорога
Тропинки редкие свои.
Начало 70-ых
ВЕТЕР
Врывайся, ветер, в комнату мою.
Я настежь распахнул окно и двери.
Я снова, как в спасение, поверил
В прозрачность родниковую твою.
Пылайте, заревые облака.
Плывите в даль, наполненную ветром.
Я вновь поверил этим утром светлым,
Что и моя дорога далека.
Шумите, молодые тополя.
Сгибаясь, распрямляйтесь непокорно.
Нам жить и жить, покуда наши корни
Питает соком отчая земля.
28.06.78 г.
МИСТИКА
Я не знал, что такое мистика.
Думал, мистика – мыслей сквозняк.
Между нам не было мостика.
Неожиданно он возник.
Разбрелись, перепутались мысли.
Всё затихло. Лишь ветра свист.
Растворившись в пространстве, погасли
Молчаливые искры звезд.
Наплывает холодной миной
Диск луны. Шар земной дал крен.
Захлебнулся кровавой пеной,
Изнемог от смертельных ран.
И конец. И на водной глади
Ничего. Пустота и мрак.
Люди, люди! Мне страшно, люди,
Слышать свой одинокий крик.
Нет, себя я не ставил выше.
Нет, я вашим был, люди, весь.
Это всё равно было бы ваше,
Если что-то скрывал от вас.
Перестаньте же, бога ради.
Я молю... Это мистика? Бред?
Это страшная пытка, люди,
Если рядом вас больше нет.
Начало 70-ых
ЖИЗНЬ ПРИНИМАЯ,,,
Война пощадила меня.
Как будто гроза, стороною
Она обошла мое небо
И детство мое обошла.
Была она не надо мною,
Но все же над этой страною,
Но все-таки близкие судьбы
Жестоким огнем обожгла.
Мне больно, тревожно, неловко
За то, что я поздно родился,
За то, что меня не бросала
На землю взрывная волна,
За то, что предсмертной затяжкой
Со мною мой друг не делился, –
Мне больно, тревожно, неловко,
Хотя не моя в том вина.
Как должное жизнь принимая,
Я верен неловкости буду.
Но если... Прошу, заклинаю,
Припомнись, России судьба! –
Когда я в усталось поверю,
Когда я случайно забуду
О тех, кто отвел мое горе,
Кто принял грозу на себя.
Конец 60-ых. Служба в армии.
ПЕСНЯ
Володе Санатину
Не молчите тоскливо,
А кричите: «Ура!»,
Ведь на Щипанке пиво
Продается с утра.
Пиво, словно крапива,
Душу вам обожжет.
Ах, какой же счастливый
Вы сегодня народ!
Ну, а я не счастливый –
Денег нет у меня.
Обойдусь и крапивой,
Хоть и корм не в коня.
И под плач балалайки
У косого плетня
Две кривые нанайки
Похоронят меня.
26.05.78 г.
КОТЁНОК ЧАПА
Сергею Анисимову
В потоках лунного света,
Которую ночь без сна,
Похожий на поэта,
Сидел я у окна.
И, нежно укутав лапы
Пушистой шалью хвоста,
Сидел котенок Чапа,
Похожий на кота.
Проходит лето за летом,
Сменяется лист листом...
Я всё не стал поэтом,
А Чапа стал котом.
19.07.78 г.
ПО ВЕЧЕРАМ
По вечерам грохочет гром,
Но как-то тихо и беззлобно,
Как будто где-то за углом,
Или
за горизонтом
словно.
По вечерам за полосой
Молчаньем скованного леса,
Как ливень, движимый грозой,
Шумят
и вдаль уходят
рельсы.
По вечерам, зарей маня,
тоска полей, сливаясь с телом,
Зовет,
зовет,
зовет меня
К несуществующим пределам.
Конец 60-ых , служба в армии.
* * *
О, край нетронутых снегов,
Как далеко тебе до лета!
Берёзы у опушки леса,
Как рифмы звонкие стихов.
И ослепительно и строго,
Как белоснежные стволы,
Устало свесила дорога
Тропинки редкие свои.
Начало 70-ых
ВЕТЕР
Врывайся, ветер, в комнату мою.
Я настежь распахнул окно и двери.
Я снова, как в спасение, поверил
В прозрачность родниковую твою.
Пылайте, заревые облака.
Плывите в даль, наполненную ветром.
Я вновь поверил этим утром светлым,
Что и моя дорога далека.
Шумите, молодые тополя.
Сгибаясь, распрямляйтесь непокорно.
Нам жить и жить, покуда наши корни
Питает соком отчая земля.
28.06.78 г.
МИСТИКА
Я не знал, что такое мистика.
Думал, мистика – мыслей сквозняк.
Между нам не было мостика.
Неожиданно он возник.
Разбрелись, перепутались мысли.
Всё затихло. Лишь ветра свист.
Растворившись в пространстве, погасли
Молчаливые искры звезд.
Наплывает холодной миной
Диск луны. Шар земной дал крен.
Захлебнулся кровавой пеной,
Изнемог от смертельных ран.
И конец. И на водной глади
Ничего. Пустота и мрак.
Люди, люди! Мне страшно, люди,
Слышать свой одинокий крик.
Нет, себя я не ставил выше.
Нет, я вашим был, люди, весь.
Это всё равно было бы ваше,
Если что-то скрывал от вас.
Перестаньте же, бога ради.
Я молю... Это мистика? Бред?
Это страшная пытка, люди,
Если рядом вас больше нет.
Начало 70-ых
