Испытание на прочность

­­Непрочен мир. Исписана бумага.

Изношена основа бытия.

Иссякла гренадерская отвага

Всё знать, всё мочь — легко, но не шутя.

 

Теперь мы шутим там, где плакать надо.

Дышать и то порою тяжело.

А мир никак не перестанет падать,

А падая всё бьётся, как стекло.

 

И в этом нескончаемом паденье,

Среди озоновых и чёрных дыр

Мы всё же живы. Всем на удивленье,

Стоит, плывёт — он прочен! — этот мир.