Эта действительность.

Эта действительность держалась на разного рода подпорках, временами проседала, осыпаясь. Сложно сказать, что служило фундаментом, видимо, совокупность человеческих немощей. Произошедшее явно указывало на неизбежные изменения, пусть и не сиюминутные.

Те, кто хоть что-нибудь понимал отчаялись.

Их голоса были подобны голосу вопиющего в пустыне, одинокие они не могли найти себе подобных.

Я воображал себя одним из них, говорил их словами. Экая всё-таки недоразвитость, но теперь кончено, мне наплевать.