Предатель

В дыму скупых сражений, в грохоте войны,

Где ночи безнадёжны, жутко холодны,

Где землю озаряют пули, а не солнце,

И снова в бой отряд лихой несётся,

Два сердца бились врозь, но в унисон.

И оба лезли беспощадно на рожон,

И были так родны друг другу, но так чужды,

Но время их шло даром на секундны.

Один солдат, как тень, покинул дом родной.

Под страхом смерти стал товарищам врагом.

Но боль в душе своей он глубоко таил,

О друге верном, он которого любил.

Друг этот был всë верен своей клятве,  

Клеймил предателем его, и даже в страшной схватке

Солдат готов его измену встретить смертью.

Не зная правды всей, горел он жаждой мести.

Но вот сошлись они теперь на поле брани.

Лицом к лицу два воина предстали.

Второй, в слезах, с презрением и болью,

И сердце своё в муках обливая кровью,

Пистолет ко лбу предателя прижал.

"Ты бросил нас, ты правду променял!"

Но дрогнула рука, и выстрела не стало,

Не смог убить товарища, хоть ненависть терзала.

Катились градом слезы на седой песок,

Но враг лишь слабо улыбался, глядя вбок,

И сердце билось равномерно, тихо, мягко, –

Ведь не убил бывших соратников вояка.

И чист пред совестью он был, и перед Богом,

Хоть он, изменник, виноват во многом.

И оба друга неподвижно так стояли,

От боли гложущей нервозно задыхались.

"Как я скучал, мой брат, ты знать не знаешь.

Мне выбора не дали... понимаешь?

Как жаль, что обстоятельства нас разлучили,

И мы встретились с тобой почти в могиле"

В миг понял правду всю второй, упав в рыданьях,

Так долго пребывав в слепых страданиях.

Но вдруг, когда, казалось, дьявол их оставил,

Предатель к сердцу пистолета ствол приставил.

К груди своей больной, душе измученной,

К огню внутри, так совестно всё жгущему.

И выстрел грянул гулким эхом в тишине,

Прервав навеки жизнь, что мучилась вовне.

Кровь алая текла, как маки в диком поле,

Душа давно рвалась возвыситься на волю,

В предсмертной вспышке глаз, мерцании ресниц,

Он другу тихо прошептал: "Прости...

Я рад, что ты со мной, мой брат, сейчас.

Увидеть вновь тебя – был главный мной приказ.

Прости, что все так вышло, жизнь сломала,

Но я любил тебя, и боль не отпускала.

О, как мне жаль, что оказался я в плену,

И вышло так, что я пошел ко дну.

Прости, прости, что обстоятельства нас разлучили,

Теперь уж навсегда..." – глаза закрылись.

И выдохнув последний, тихий стон,

Он в мир иной ушёл, забывшись вечным сном.

А друг склонился над безжизненно лежавшем телом,

Уже таким холодным, жутко бледным,

Схватил его, крича от боли и тоски...

И казалось воину, что на войне они одни.