Варяжская поэма. Часть 1.

"Варянзы" прозвали варяги себя,

Хоть немцы зовут "ободриты",

Для тех, кто славян уважает, любя,

Их сердце навеки открыто.

Земля, где они, Мекленбургом теперь

Зовëтся. Хоть раньше - другое

Название было - "Варянзия". Верь,

Держались здесь венды горою.

На шлемах их соколы грозно глядят,

Служа различительным знаком.

Их клювы чудной позолотой горят,

На радость проворным варягам.

У каждого шлема - нащëчники есть,

Хранят что лицо от ударов.

Готовы варянзы отстаивать честь

От данов и дерзких аваров.

Дружинники сами готовят себе

Оружие, броню, снаряжение.

Варяг себе мастер, готовый к судьбе,

И биться в жестоком сражении.

Всяк воин такой во стране стратократ,

Ему здесь доверен был выбор

Всех тех, кто идëт в государство. Богат

Он долей добычи, как тигр.

Бывали в Варянзии разные дни.

Когда-то здесь правил посадник,

Но чаще монархия держит огни,

Хоть каждый монарх - и избранник.

На Севере море Европы внутри

Прозвали Варяжским за дело,

Там гордый варянз от зари до зари,

Ходил по нему вволю, смело.

Свою территорию держит варяг

Отдельно со времени Рима,

И сколь ни бывало боëв, передряг,

Но верность здесь неугасима.

Мы ставили грады из камня навек,

Хоть лгут вам, что не было зодчих.

Знал каждый: найдëтся потом человек,

Честнее и грамотней прочих.

Который расскажет про мудрых славян

Что жили вблизи Велеграда,

Которые, кроме лесов и полян,

Имели дворцы и посады.

Есть стоки у градов, очистка воды,

И водопровод был устроен.

Но "рыбы" нам всем предвещали беды,

Державному мудрому строю.

Теперь поморяне в славянских раях,

Их учит наш Сварог быть вместе,

Любить и сражаться. Но в наших краях

Их знали, как волов без чести.

Хоть вилец и лютич и грозен бывал,

И часто ходил он в походы.

Добиться союза варянз с ним искал -

Всë тщетно, усилия без всходов.

Бывал поморянин в стократном аду,

И лютич бывал там немало,

Их образ той жизни накликал беду

Славянству, что верных - достало.

В бои без стратегии лютич ходил,

Без тактики жил поморянин,

И каждый - без правильной веры бродил,

Позоря всю общность "славяне".

Другие полабы то были. Теперь

Вернëмся к родным ободритам.

До Карла Великого франку они

Бывали подмогой, защитой.

Людовик, что слыл благочестием, был тот,

С кем мирно дружили варяги.

Упадочный франк стал идти на оплот,

Где реяли сокола стяги.

Все даны бывали с варянзом в бою,

Их тактикой били и силой.

Гуртом не возьмëшь - ведь у данов в строю

Пол-моря грозит им могилой.

И ведал варяг, что нельзя выступать

Под знаменем подлого дана,

Ведь он грезит тем, чтоб своих порубать

За-ради "рыбëшного" сана.

Так сталось. Настала Бравалла, где дан

Собрался на свеев горою.

И Харальд тут эстов и куров поднял,

Что встали широкой рекою.

Пол-моря разбились о северный стан,

В то время, как с юга асатру

Престол приготовил крещения аркан,

Ко боевых действий театру.

В строю у свионов бывал честный рус,

Он косвенно помощь варянзам

В бою оказал, разбив дана. Берусь

Судить - помогли же сеансом.

Своих коль Богов не послушался дан,

И юг защитить побоялся.

То двинул варянз на Ютландию стан,

Забрав полуостров, как взялся.

Ютландия без Нордальбингии - вес,

Который тяжëл, слово точно.

И трудно нести полуостров, коль лес

Врагов бьëт на землях восточных.

И гауты подлы, и норг, и свион,

Хоть двое последних - до рая

Славян доползли из адов, словно сон.

Но этого венды не знали.

Пришлось им уйти. Что, когда - не скажу,

Вымарывал венда писатель

Из книг, что достались "рыбëшек" пажу,

Что был европейский каратель.