Демидовские кафтаны.Парафраз сказа Бажова П.П.
Коли́ идти от нашей гра́ни
На по́лдень, озеро найдёшь.
Итку́лем кли́чут. Мож слыхали?
Большое, мимо не пройдёшь.
Кому на рудниках да приисках
В той стороне быть довело́сь,
Кто помыта́рился там вдо́воль,
Бывал на нём не раз, небо́сь.
На озере полным рыбёшки.
Который вовсе не рыбак
И тот уди́т, хоть раз в неделю.
Ушки́ всяк похлебать маста́к.
На рудниках еда известна.
Скучают люди потому
По доброму прива́рку, ну и
По мя́ску ра́зному, вину́.
На озере есть деревеньки
Башкирские, и всё достать
Там можно, ежели гулянка
Случится. Только надо знать,
Что тут по русскому обычаю
Те люди стря́пать не сильны́.
К другому, видимо, привычны.
Старателю то полбеды.
Ему бы лишь хлебнуть, чтоб было…
У нас в заво́дской стороне
Вода стоя́лая, резу́ном
Затя́нута, мутна́ на дне.
А в Иткуль-озере песо́чек
И берега́ сплошь камень, да
Сухой там спуск к воде, по бре́гу
Жаро́вая стоит сосна,
Как свечка подпирает небо.
Вода же стёклышко, на дне
Все камни сосчитаешь. Только
Красна́ маленько, будто в ней
Недавно мясо полоскали.
И по-башкирски Иткуль тут,
Как уверяют старожилы,
Мясным-то озером зовут.
Ну, а про цвет такая байка
Здесь ходит, что когда-то встарь
Отдал Демидовым казённый
Завод и землю русский царь.
«Строй, дескать, богатей, коль сможешь.
Не забывай и про казну́».
И стал Демидов на Тагиле
Мости́ть империю свою.
Потом на Бы́ньге и Шура́ле,
На Ре́вде, Сы́серти. И всех
Сильнее поднялся́ Аки́нтий,
Сынок Деми́довский. Успех
Его был прост: руда́ бога́та,
Река́ под бо́ком, лес круго́м,
Мог ло́ктем отодвинуть бра́та,
И мастер в деле был своём.
Его, слышь, брат Никита тоже
Схотел поставить свой завод
Прям у горы Волчихи, только
Акинтий запретил. И вот
Никита в суд, рядиться на́чал:
«Мол, тоже богате́ть хоти́м!»
Да только с братом, где ж тягаться,
Коли цари́ за ручку с ним.
Завороти́л ему оглобли
Акинтий: «Мол, у моего
Кармана братьев нет. И точка.
Не попущу тут никого!»
А слева берега к Чусовой
Реке вплотную подошли́
Семейства Строгановых зе́мли.
Они с Аки́нтием вели́
Судебну тя́жбу тоже долго.
И вот на правом берегу́
Решил Никита своё счастье
Искать тогда в Шайта́н-логу́.
А там башкирская деревня,
Земля ничейная была.
Вот и подсыпался к башки́рам
Демидов младший и дела́
Повёл на свой манер: «Отдайте
Мне это место под завод,
А я перевезу вас дальше,
Поставлю избы и народ
Не обделю ваш ни деньгами,
Ни пропита́ньем. Старикам
На каждый год дам по кафтану,
На праздник мясо, ну и там
Чего ещё душа желает».
А этим бедным старикам
Охота ж в красных-то кафтанах
Хоть походить. И по рукам,
Глядишь, так сла́дили. Бумаги
Все припечатали. И стал
В Шайтан-логу Демидов строить
Завод. И слово он держал
Сперва́. Башкир увёз подальше
От места прежнего к реке,
А тем, кто помоложе, тут же
Работу дал на руднике́.
Сперва кати́лось всё по маслу,
На праздник мяса подвозил,
Хоро́ши и́збы понастроил,
В кафтаны кра́сны наряди́л.
А после всё ж отяготи́лся
Тем уговором, лютова́ть
Зача́л. В ту пору, говорили,
Жена сбежала. И, видать,
Деньжонок много утащи́ла,
А более того долго́в
Ему оставила, и на́чал
Он ко всему без лишних слов
Дока́пываться. Как увидел
Башкирам мясо, так вскричал:
«Мота́ть добро моё? Что ж, я вас
Так угощу, чтоб каждый знал
И внукам наказа́л и де́тям,
Как рот поганый разевать
На дармовщи́ну. Им гостинец
Демидовский не прожевать!»
И своим преданным подру́чным
Дал указанье сотворить
Такую ка́верзу, что после
О ней все будут говорить!
Вот снаряди́лся воз с дара́ми
Демидовскими и пяток
Объе́здных с ним. И все с ружья́ми.
Дорога ж дальняя. Денёк,
Другой…И вот дошли до места.
Башкиры ждут, а старики
Обозу кланяются в пояс
И славят наперегонки:
«Спасиба, бай Демид, якши вам!»
Котлы под мясо мастеря́т.
Рого́жи на возах раскрыли,
А там свинина. Говорят:
«Ай-яй, дынгыз-ите! Закон наш
Свинину кушать не вели́т.
Ошибку, бай Демид давал нам».
Подручный знай себе кричит:
«Привезено́, так ешьте или
Бумагу дайте, что в отказ,
Мне для хозяйского отчёту.
И я уеду. Вот весь сказ!»
Тут перепа́лка, дело к драке,
Подручный ру́жьями грози́т,
Башкиры за топор и колья,
Обоз назад. Тогда вели́т
Холоп Демидов ту свинину
Рубить и в озеро кида́ть.
Назло́ пога́нить, значит, воду.
Башкиры в крик, а в них стрелять….
Которых ра́нили, убили.
Расстервенился тут народ.
А дальше суд, кому-то плети,
Кому люли́ за шиворо́т.
Нае́хало в село начальство,
Чтобы зачинщиков искать,
И стариков в кафтанах красных
За бунт давай до кро́ви драть.
Кнутья́ми бить, неща́дно, в клочья.
А тот, кто драку учинил,
Ходил пред всем честным народом:
«Кафтан, видать, не впору был?
Не захотели вы в одёже
Демидовской гулять, теперь
В моём кафтане походи́те!
Как, сладко вам?» Ох, лю́той зверь!
Ему же из толпы грозили:
«Постой, собака, мы сошьём
Тебе кафтан, дай срок, по росту,
Без шва единого на нём!»
Всё так и вы́шло. Тот подру́чный
Пропа́л, а вскорости нашли.
На озере Иткуль был камень,
Торчал, как перст посредь воды.
Его прозвали Шайтан-камень.
Большой был, далеко вида́ть.
На этом камне оказался
Тот человек. И по́мер, знать,
Он смертью лю́той. Эту муку
Живым перенести б не смог.
Вся кожа от колен до шеи
Содра́на будто бы чуло́к.
Вот с той поры Итку́лем кли́чут
То озеро. А весь народ
В тюрьме сгноили аль заби́ли
В Нерчинской каторге, как скот.
Когда Пугач пришёл, поднялся
Иткульский пе́рвым люд. Пошли
Громить заво́ды, ба́ров вешать.
Всё им тогда припомнили.
За это же потом прозва́ли
Их подорожниками. Знать,
Хоть колесом по ним прое́дешь,
Всё ж распрямя́тся…Не сломать!
