Колыбельная
02.05.25
Тени сплелись в вальсе хриплых шагов,
Луна пролилась серебром на *«псов»,
Любовь дышала сквозь ржавчину век,
Сшибала звёзды, как пьяный человек.
Её пальцы - дым, его губы - яд,
Целовались в кровь, не спросив ребят:
«Люби меня неистово, пока не умрём»,
Скрипели кости под чёрным крестом.
Обещали вечность в карманах из дыр,
Где часы без стрелок хронили мир,
Пили слёзы призраков из чаши из лжи,
А в зеркалах росли их посмертные мятежи.
В доме, где стены кричали «беги»,
Они разливали любовь в строки,
Шагали по гробам, смеялись в упор,
Смерть носила их имена на подбор.
Она носила фату из собственных ген,
Он дарил ей ножны из собственных вен,
«Мы - боги», - шептали, сжимая стекло,
Но боги не плачут, когда тяжело.
Пламя свечи - их последний союз,
Вздохнула земля, разорвав шлюз,
В её волосах завыл северный ветер,
Его сердце стало чёрным - шредер.
«Прости», - говорил он, но поздно, поздно,
Кости уже прорастали сквозь звёзды,
Её платье - саван, его смех - град,
Любовь умерла, не успев возродиться назад.
Теперь их кровать - это склеп без имен,
Где моль пьёт из глаз осколки времён,
Он ищет её в каждом зеркальном тылу,
Она целует тени в забытом углу.
А мы, проходя, слышим хохот и стон:
«Любите! Иначе, нарушайте закон…»
Но юность всё льёт вино в пустоту -
Смерть танцует медленно, там, на краю.
40
