Пожар

как беды от беды не ищут,

от тепла не сыскать тепла.

 

но на стареньком пепелище

прорастёт по весне ветла

и потянется пышной кроной

к еле бьющему роднику

да склонится над ним в поклоне.

 

вместе с водами утекут

серость пепла и горечь сажи,

да и память о том огне,

что косил и чернил пейзажи

и топил прошлогодний снег.

 

а пока что черна и гола

под моим сапогом земля,

остывают угли и золы

в стылой свежести февраля,

 

и мертво, неподвижно время –

в пепелище крестом легло.

боль грызёт неустанно темя,

под грудиною распекло...

 

тяжело на душе и сиро,

и вина залегла ужом:

не дождаться весны и мира,

если сам ты свой мир поджёг.