Стальной Дракон
С крепких плеч стекали серые волосы,
Прикрывая на шее выпуклый шрам.
Он хранит в себе давние, но не забытые образы,
Твоих близких друзей, погибших от ран.
Плавным движением свою скинул ты кофту,
А зазвенела кольчуга, упавшая вниз.
За окном ты увидел потухавшие звёзды,
Словно душам людским вновь наскучила высь.
Под одеждой своей ты скрываешь кулон,
Причину горестных слез, скитаний, и мук.
Тебе навеки именованным быть «Стальной дракон», –
И терпеть боль и горечь падений, разлук.
Ты был прозван в честь духа, заточенного в камень,
Презирал ты его, ненавидел себя.
Возжигал и тушил в себе синее пламя,
Терзал свою грудь, по свободе скорбя.
Но ты не умер, единственный: ты избран был Богом,
Но чувства испиты кровавой войной.
Одинокий безликий, не просил ты о многом,
Умереть лишь хотел, а не питаться виной.
Каково жить на свете, и пережить смерти близких?
Каково подавлять страх и холод внутри?
Каково каждый день превышать грани рисков,
Смотреть в отражение, и кричать лишь «умри»?
Серые тучи уже не предвещали успехов,
И как не устал бы ты "избранным" быть,
Твой дух непокорный был прочнее доспехов,
Ведь неизбежного было уж не изменить.
И проклятие стало единственным шансом,
Чтобы с ума не сойти, чтоб утешить себя.
Дракон стал и другом, и стал тебе братом,
Ты вёл его в вечность, а он вёл тебя.
Крылья стальные расправив над миром,
Ты взмываешь ввысь, позабыв обо всём.
Ветру отдаваясь, ты сливаешься с небом,
И кажется, словно сгораешь живьём.
Но вот однажды, в дороге, повстречал ты девчонку,
Ставшую спутницей твоей в час разлук.
Ведь она, как и ты, всю жизнь одинока,
И у неё тоже был свой на всю жизнь верный друг.
Но узнал ты об этом далеко не так сразу,
Ты стремительно рвался от неё в небеса.
Твоя ноша была так чиста, светлоглаза,
Но ужасно навязчива, и весьма не проста.
Она тебе часто говорила о разном,
Но однажды поведала и о жизни своей:
О тяжёлой судьбе, и о с тобой уж так связном,
О единых чертах, как и в жизни твоей.
«Я всё детство жила вдали от внешнего мира.
Вскоре мать умерла, и я осталась одна.
Чтобы выжить, пришлось находить в себе силы,
И выбираться самой из родного гнезда.
Неизвестность и голод меня не пугали,
Ведь я знала: я точно брожу не одна.
Не по годам повзрослевшая, какой уж я стала,
Благодаря тем событиям, чуть не сгубившим меня.
Я умирала в тот день на пустынной дороге,
От холода здешних бессонных ночей.
Но хоть длинный мой путь был таким уж нелëгким,
И меж жизнью и смертью лил кровавый ручей,
Фантомия мне не дала там погибнуть.
Оберегала меня, как Небесный Отец.
Помогала поверить в себя и окрепнуть,
И я знала, что завтра не наступит конец.
Она стала мне даром, снизошедшим на Землю,
Я благодарна судьбе за пережитое мной.
Ведь иначе, ни разум, ни дух не окрепли,
Ведь тогда уж не встретились мы бы с тобой.»
Тебе жаль её стало: ты позволил остаться,
Продолжая своё предназначение искать.
Она была так позитивна, прекрасна,
Несмотря на всю боль, не прекращала мечтать.
На руке белоснежной она носила колечко,
С той же избранной меткой, что и твой медальон.
Который когда-то был Богом помечен,
Который тебя ждал сквозь пепел времён.
Но её вечный спутник – Летучая Мышь,
Что за тайны сокрыты поныне от вас?
И отчего вам даровано больше, чем видит
Обычный людской, не магический, глаз?
Как-то раз, путешествуя, ты почувствовал магию:
Тебя Ветер толкал, будто звал за собой.
Оглядевшись вокруг, ты искал, что неладное,
Было бы знаком, или стрелкой какой.
Только к рассвету, когда в округе светало,
К деревянной табличке привëл Ветер вас,
С надписью "будущее", и она вдруг упала,
Расколовшись на части, намекая подчас,
Что что-то случилось. И сложилась картина,
У тебя в голове, словно пазл большой.
И луч Солнца шептал, сводил воедино,
Мыли и фразы, что ты чуял душой.
Вооруженный магией и множеством страхов,
«Стальной Дракон» открывал горизонт новых тайн.
Вы избранны были, чтоб спасти всех от мрака,
Предотвратить катастрофу, развеять туман,
С девочкой юной, как твоей ученицей,
Всех людей на земле злу не дать загубить.
И в конечном итоге, тебе вольной стать птицей,
И возможность найти, чтоб тебя исцелить.
Ты часто во времени, от бессилия, сновался,
Это было единственное развлечение твое.
И вот теперь, уже с ней, вновь врата открывались
В поколение потомков, где не бывал ты ещё.
Что же ждет тебя в мире, где мечты оживают?
Где каждый шаг твой искрится, а в усталых глазах,
Надежда таится, но не о том ты мечтаешь,
Не о тех сожалеешь пролитых слезах.
Вы верхом на Драконе испарились за тучей,
И отправлены были в грядущий рассвет.
Но прибыв на место, на машине летучей,
Вы попали в тот мир, где погас уж весь свет.
Люди переполнены были тревогой,
Яростью, злостью, страхом, тоской.
Здесь жизнь оказалась такой же убогой,
Трудной, печальной, и очень глухой.
Ты был так подавлен. Но ведь во все времена
Жилось нелегко, и не тебе одному,
Жаждалось смерти, и все имена
Стирались из памяти, и ты шёл ко дну.
Над людьми негатив, словно облако мрака,
Нависло, давило, и каждый их страх,
Монстром являлся, и лишь только отвага,
Смогла б зло побороть, не превратив души в прах.
Отчаянно в руках сжимал ты меч острый,
И его лезвие сверкало в ночной теноте.
Каждый шаг давался с трудом, и те монстры,
О сомнениях шептали, душили во мгле:
Ты силëн был в сражениях, но слабый был духом –
Но тропу освещала девчонка во тьме.
Пока ты насторожен был, она с каждым шагом
Смело ступала навстречу судьбе.
Вы дополняли друг друга, и каждый понял причину,
Для чего оказались вы здесь в данный час.
И почему по отдельности вам не хватило бы силы,
И вы так различны, но так схожи сейчас.
И вот, продвигаясь все дальше и дальше,
Окруженный тенями, ты предстал перед злом.
Демон последний выражал твои страхи,
Но ты отныне готов был, а исход предрешëн.
Твой враг – твоя тень, порождённая гневом,
Ты стоял перед ним, и сжимал рукоять.
Воздух дрожит – он так сыт напряжением,
И сгущается мрак. Тебе некогда ждать.
Проникая прям в сердце, его удары столь точны,
Вызывают сомнения, смятения, дрожь.
Но ты твёрдо стоишь: отступление порочно,
Назад нет пути, его атаки – лишь ложь!
Битва похожа на танец жизни и смерти,
Любая ошибка может обернуться концом.
Ты усталость ощущаешь, для монстра ты смертен,
Дыхание тяжко, но в забвении немом
Чувствуешь ты огонь и надежду,
Что питает решимость, а девочки взгляд
Напоминает о цели, все ещё не уведшей,
Ты заново способен воздвигнуть свой град.
И вот, наконец, со стремительным выпадом,
Ты сражаешь противника, прорезает меч тьму.
И в бою столь нелёгком, но монстром проигранном,
Он развеялся в воздухе, исчез в пустоту.
Ты упал на колени, и вдалеке леса,
Виднелись верхушки солнцем выжженных скал.
Все прояснилось, и лишь скрежет железа
Об голые камни тебя проклинал.
Все казалось беспечным, прекрасным, красивым,
Будто заново ты научился дышать.
Время залечит все раны на крыльях,
Время научит тебя вновь летать.
И Богами на Землю артефакт был доставлен,
Мистический Шар, чтобы свергнуть всë зло,
В него заключить тебе шанс предоставлен,
Ты избран был чтобы Солнце снова взошло.
Но забвения миг вдруг нарушит всплеск силы,
Вспышка сразит тебя, опрокинув назад.
Хоть и зло в Шар волшебный вместить получилось,
Хоть запечатан в него весь безудержный ад.
Победив, вы свалились, обессилив, на землю,
Стали смеяться: вы смогли. Вы смогли!
На поляне цветочной вдруг все мысли исчезли,
Лишь бескрайняя радость, и ни грамма тоски.
Ветер на мгновение подарил бы свободу,
И ты понял весь смысл потерянных фраз.
Ты хотел бы незримому поддаться полёту,
И окончить наконец свой израненный сказ.
Ты всё думал и думал о «Стальном Драконе»,
О девочке, что подобрал невзначай.
Неужели всё дело в волшебном кулоне?
Неужели он дар, а не проклятый рай?
А девчонка просила, чтобы ты стал ей другом,
Иль отцом, ведь она дорожила тобой.
Ребенок, нашедший тебя средь недугов,
И ставший случайно твоей верной судьбой.
И ведь правда: ты со временем привязался, открылся,
И признал её будто бы дочкой своей.
Обучал и любил, что о горе забылся,
Ты нашел часть себя только лишь рядом с ней.
Ветер уносил с каждым днем все печали,
Но о прошлом не давало лишь одно позабыть:
Девочка глянула на протез, что из стали,
Заменял тебе ногу, чтоб ты мог с ним ходить.
Она обняла тебя, и, с состраданием,
Вопросов излишних задать не смогла.
Но без слов, с напряжённым от тишины, ожиданием,
Ты устало отвёл голубые глаза:
«Я слишком много, увы, потерял в своей жизни...» –
Произнёс ты, волосами скрыв слезу на щеке.
Твои ангелы, видимо, слишком капризны,
А речь далеко была не о ноге.
«Я был счастлив когда-то, я когда-то любил...
С закрытыми глазами шёл по лезвию в небо.
Я отчаянно рвался вперёд, жить спешил,
Я путал все чувства... и где право, где лево.
И я помню, как плëлся по безлюдному полю,
Лунный, бархатный, свет лился сквозь облака.
Не было больше ни страха, ни боли,
Надежда последняя в глазах умерла,
Когда видел я как погибали все люди,
Как тела выносили из огня на руках.
И как среди них, дырявые груди,
Друзей и товарищей мелькали в рядах.
И вернувшись домой, вопреки ожиданиям,
Стремясь хоть на миг забыться в любви,
К любимой пришёл... а поддался страданиям:
Лишь бездыханное тело лежало в крови.
Мое сердце затихло, затруднилось дыхание,
Все, что имел я, я в момент потерял.
Я рвался так к смерти, но судьба не давала,
И сколько бы боли я не испытал,
Я не знал, что ждет меня в грядущие годы,
И сейчас я оставил все в прошлом, и как
Повстречал я тебя, и былые невзгоды,
Превратились в незначимый и наивный пустяк.»
Ты едва наклонился, но... кулон оторвался...
И ты весь мир защитил, но не спас сам себя.
Зазвенело вокруг, ты падению поддался,
Голова закружилась, и сыграла судьба
Злую шутку с тобой, Шар Магический ранил,
Ибо острый осколок впился в сердце твое.
Прежде чем жаждать смерти, ты хоть разом подумал,
Что отречься от желания будет поздно потом?
И хотел ли теперь умереть ты, чтоб боли
Не видать, и не чувствовать, как прожигают насквозь
Твоё тело минувшие дни. И печали
Позабыть, чтоб их сгладило счастье, любовь?
Неужели возник новый смысл чтоб жить,
И тревога столько чуждая, что оставишь одну
В этом мире большом, продолжающем гнить,
Девочку маленькую... дочку твою?
Приговорён ты был жить, но уже не держало
Судьбой на Земле тебя ничего.
Ты исполнил своё предназначение, и стало
Судьбе твоей горькой на тебя всё равно.
И вот, перед Богом ты предстал на коленях,
Взмолился за желания пощадить, что грешны...
Хоть и знал ты теперь за них должную цену,
Хоть и действия Бога были страшны.
В ту минуту, когда тишина охватила,
И ты беспомощно сжался, опустив плечи вниз,
Бог голову поднял, и из самого тыла
Ты узнал череду забытых временем лиц.
И, среди них, промелькнул лик знакомый,
Твой разум глаза чьи-то в миг отвлекли...
Ты увидел себя в них, и блик их влекомый
Словно искры от света единой мечты.
Ты к ней подошёл, и вокруг весь мир замер,
«Ты ждала..?» – с трепетом, чуть дыша, произнёс.
Словно горячими согреваясь слезами,
И боясь, что всё это лишь плоды старых грёз.
Прошлое раскрылось пред глазами, как книга,
Снова ранив тебя, прямо в сердце, ножом.
Как громко кричал, но не было крика,
Ты вспомнил, как чувствами был ты сожжён.
«Я знала, ты когда-нибудь найдешь свой путь к свету,
Верила, что однажды вернёшься ты вновь.
Но пока ещё рано. Последуй обету:
Защищай свою дочку. Ты ей нужен, любовь.
Как ждала, так и буду я ждать тебя вечно,
Буду ангелом вашим, оберегать буду вас.
Не горюй о былом, не совершай ничто тщетно,
Пока не настал твой решающий час.»
С этими словами она растворилась,
И теперь всё зависело лишь от тебя.
Бог тебя вновь грозным взглядом окинул,
И произнёс, всё глаз не сводя:
«Ты уверен, что хочешь вновь узреть мир людской?
Ты пережил те мгновения, что тяжело позабыть.
Ты излишне сыт болью, излишне виной,
Так желаешь ли ты, сын мой, снова ожить?»
Несмотря на все сложности, ты научился тому,
Чему учился все годы, к чему шёл сотни лет.
Ты теперь верил в лучшее, наперекор шёл всему,
Что в душе у тебя оставило след.
Благодаря девочке юной, ты теперь был уверен,
Что пережить все невзгоды можно только вдвоём.
Что продолжить жить нужно, вопреки всем потерям,
Что любовь исцеляет своим нежным теплом.
С каждой искренней просьбой рвалась темнота,
Бог внимательно выслушал твои жаркие речи.
«Ведь через боль ты обрёл частичку тепла,
Ты искал раскаяние в пути бесконечном.
Светлый путь впереди, где все мечты исполняются,
Взгляни ты на мир, омытый росой.
В прошлом остались невзгоды, меняются
Времена. Впереди тебя ждал бы покой.
Но я дам тебе шанс заново жить,
Слагая сказания о надежде и вере.
Коли желаешь ты грехи отпустить,
Я тебе, сын мой, искренне верю.
Каждый выбор имеет огромную цену,
И слезы пролиты тобой не спроста.
Не ищи своей жизни иную замену,
Важны будут в будущем былые года.
Скажи, что готов ты, и я сяду с тобою,
Рядом встану на путь, где преграды легки.
За пережитые трудности гордись ты собою,
И девочку по-отцовски теперь береги.
С ней вместе вы вновь увидите свет,
Новый смыл обретешь в каждом дне и поступке.
Забудь же ты боль; вечен твой след!
Ступай. Не внимай никогда об оступке.»
Тогда ты, преисполнившись радостью, счастьем,
С благодарностью в сердце поднялся с колен.
Бог коснулся плеча со всей своей властью.
Разорвались оковы. Развеялся плен.
Осколок, что ранил, излечил теперь душу,
Словно в райский владениях, ты очнулся в саду.
Ты не чувствовал больше внутри эту стужу,
Мягкий свет пробирался сквозь густую листву.
Солнца тепло твоей кожи касалось,
Ты будто снова родился, всё сияло, цвело,
А у дерева стройного, тебя дожидаясь,
Сидела Софи. "Время... Сколько прошло..?"
"Не долго, " – улыбнувшись, отвечала девчонка,
"Аксель, я знала, ты вернёшься назад.
Нам пора." – Она встала, пошатнувшись легонько,
И окинула взглядом божественный сад.
Ты взял её за руку, на которой колечко,
А она протянула тебе медальон.
Который когда-то был Богом помечен,
Который тебя ждал сквозь пепел времён.
Софи была счастлива, ты был свободен,
От столетия сковавших твою душу оков.
И словно ты больше не ранен, не болен,
И мир стал другим, без холодных снегов.
Ветер шептал вам о новых началах,
Ветер опять мысли вместе сводил,
Пока дочь и отец испарялись в тех скалах,
Которые вместе недавно спасли.
