Еще раз про любовь
Любовь, любовь — труд и наука,
Так с давних пор ведем мы спор.
Любовь — беда, разлука, мука,
То как понос, то как запор.
Уж невтерпёж скорей жениться,
Уж невтерпёж быстрей развод,
Как сладкий сон любовь приснится,
Иль как дурной — наоборот.
Но мы, увы, неисправимы,
Ошибок неучтенных воз
Подарим близким и любимым,
Как миллионы алых роз.
Из века в век всё повторяется,
Из кожи вон всяк лезет вверх,
Любовь легко не покоряется,
Как говорят, и смех, и грех.
Любовь нечаянно нагрянет,
Ждешь или нет — не в этом суть,
Сердце безжалостно изранит,
Зажмет, да так, что не вздохнуть.
Петлю на шею, камень в руки,
Флаг, барабан, труба зовет,
К чему, скажите, эти муки,
Душа то воет, то поет.
Мир так устроен, понимаешь,
Нам правила не изменить,
Царевну вроде обнимаешь,
Она гадюкою шипит.
Поймаешь на болоте жабу,
Противно, но целуй в засос,
Вдруг превратится в чудо-бабу,
А надо ли, вот в чем вопрос.
У них всё по тому же принципу:
Карета, розы, белый конь.
А мужики в натуре были принцами?
Как говорится, только его тронь…
С размаху жахнула б половником,
Ну что, крупно рогатый мой,
Ведь настоящим был полковником,
Пока не перешел в запой.
Вот так живут, козлятся, жабятся
Принц и царевна во плоти
И друг на друга ходят жалиться
Всем, кого встретят по пути.
Вся наша жизнь полна смятения,
Мусолим тему так и сяк
И наставляем с позволения
Кому рога, кому синяк.
Не зная устали бодаемся,
В боях до гробовой доски
В муках живем, как и рождаемся,
И волком воем от тоски.
Ну а любовь все же присутствует
Там, где-то ниже живота,
Она бесстыжая распутствует,
Как только наступает темнота.
Появятся цветочки-деточки,
Сюсю-мусю, аля-улю,
И яблочки покатят с веточки,
Упав на грешную землю.
К чужим свои добавят промахи,
Пойдут куда глаза глядят.
Не зная жизни, эти олухи
До хрипоты о ней галдят.
Ну что ж, все в жизни повторяется,
Мы совершенствуем себя,
И от любви не отрекаемся,
Не отрекаемся любя.
Но, к сожалению, сокровенное
Не каждый может распознать,
И эти мысли откровенные
Мне не дают порою спать.
И я ночами разглагольствую
С самим собой наедине
И доставляю удовольствие
Своему портрету на стене.
Со мною он во всем согласен,
Многозначительно смолчит
И совершенно не опасен,
Ведь никому не настучит.
К чему все это словоблудие?
Да если б мне про это знать,
Наверно, это полнолуние
Со мной решило поиграть.
Нашепчет нечто несуразное
И скроется за облака,
А я пишу, лицо серьезное,
Как у Ивана-дурака.
