дура и дуб

я была той самой искрящейся дурой,

просящей взаимности у темного дуба.

 

горячей душой жаркие слёзы просились —

я волю дала им сполна.

от мук тяжелые веки едва ли открылись,

но языкам страсти я осталась верна.

 

в горе была я всё та,

с головою без звука, тихо простест свой тая,

и в чувствах, едва ли как Лиза, утопилась,

желая остаться с тобой до конца.

 

любовь жгла меня, сердце болело;

любовь была как яд, болезнь, неукротима.

душа моя, увы, больше не пела,

раздавался лишь вой на далёких равнинах.

 

горечь судьбы меня так утомила —

я сдалась.

теперь, мой взор лелеят лишь мысли о силе

трудов бесстрастных

и к чувству отнюдь не причастных.

 

уж не холодно и даже приятно

от мыслей о выгодах сухих;

и не печально, без чувств заурядных,

не думать о сочувствии к жизням других.

 

так, власть в моем сердце сменилась:

теперь у руля равнодушие и лживость —

убийцы любви жалкой отравы,

ставшие приоритетом для меня.

 

отдавшись когда-то чувствительной Музе,

Я была и больше ни на минуту не стану

искрящейся дурой,

просящей взаимности у тёмного дуба

с горячей надеждой в движенье сердечном.

 

АК. 13.12.24г.