Нерифмовочка
За неё просили деньги в театральном гардеробе
И пугали бережливых испытанием петли
Тяжеленного пальтища или шубы, той, что милый
На последние финансы в знак любви приобретал.
А театр был московский, и хозяин нашумевший,
Что прославился, а после всё добро пустил в трубу.
Тихо плакала культура. Ей, бедняге, было стыдно
За такое крохоборство, а совсем не за спектакль.
Люди всё-таки платили. Сумма, в общем, небольшая.
Только вечер был подпорчен. Рыба, стало быть, с душком.
Пахли плечики и плечи одуряющим парфюмом,
Но лидировала рыба, свой диктуя аромат.
