Птенчик
месяц понемногу убывает
на диете рисовой сидит
мячиком безвольным выбит в аут
и в траве некошеной забыт
схлынет день уедет трактор с поля
и сверчки затянут вразнобой
нам волынку про покой и волю
никому неведомо на кой
и сойдёт на нас душа полыни
как в пустых стихах из темноты
заведут как старцы шаолиня
спор теологический коты
станет этот мир багров и странен
преисполнен боли и рубцов
станет каждый куст нам северянин
а ещё есенин и рубцов
по другому ночь теперь расшита
западает клавишей звезда
и дрожит дрожит лишь вместо шифта
выпавшим младенцем из гнезда
запечатан темнотой застенчив
утончась почти до волоска
потому что даже если птенчик
выгорит обида и тоска
у природы нет другого плана
кроме как унять тоску и дрожь
чтоб сквозь щели вырасти капкана
и однажды выйти из тумана
и приставить к горлу острый нож
