МАЯТНИК
МАЯТНИК
Не пойманный - не вор, не признанный - не гений.
Как часто мы в плену решающих мгновений.
Зависит лишь от фазы колебаний,
В какое перейдем из состояний.
Один вам только миг, чтоб дотянуться,
Предстать во славе, скрыться, увернуться,
… И реже на везенье уповать,
Чтоб меньше было поводов страдать.
Что слава? - Дым! Что чувства наши?- Бред!
Лишь строгий разум даст на все ответ.
А сердце, птицей устремясь в полет,
Нас к безрассудству только приведет.
О, маятник! Истерзан я тобой,
Борьбой измучен с жизнью и судьбой.
Все полосой: и слава, и навет.
Уверенности в дне грядущем нет.
С высот надежд - в отчаянья подвал,
Корабль судьбы разносит в щепки шквал.
И вмиг утратив прежние мечты,
Как в день творенья, беззащитен ты.
Лишь в промежутках ум берет свое,
Осмысливает прежнее житье
И стонет, ничего не находя,
Себя до исступленья доводя.
Не явленный - не бог, не проклятый - не дьявол,
Классификатор наш не знает четких правил.
Все в мире есть, но ты всего лишен,
Лишь маятнику жизни подчинен.
Надейся, что в одной из амплитуд
Ты будешь счастлив несколько минут.
1995г.
ГРУСТНО
Угольною пылью
Горечь въелась в душу мою.
И обидеть её
Невозможно.
В ней и пятнышка светлого нет.
А вокруг только вечная ночь,
Из которой
Налетают толпой,
Оскорбляют,
Вырывают последние
Крохи из рук.
Но я привык.
Не поддаюсь -
Лучшая защита -
Это атака.
Выпрямляюсь
И отплачиваю врагам
Той же монетой.
Да, я снова в правах,
Я отмщён!
Так почему
Даже и победившему - Мне всё-равно грустно? 1985-2015 ЗНАКОМАЯ ДОСКА Не возвращайтесь в старые квартиры, Где протекает жизнь чужих для вас людей, Где вместо глаз глазков пустые дыры, Где стёрты все следы прожитых вами дней. Хозяева на вас посмотрят с удивленьем: Чего мол здесь ходить, чего мол здесь искать, И только скрипнет где-то на мгновенье Под вами старая знакомая доска. 1981 У МЕНЯ ПОСЛЕДНЯЯЧ ДЕСЯТКА Синяя торговая палатка, Низкопробный заграничный крам – У меня последняя десятка – Я её так просто не отдам. Что, мамашка? - Ишь как раззевалась! Так ведь может всю перекосить. А ты мне случайно не подскажешь, Можно ли здесь чем перекусить? Колбаса? Да ведь она в обёртке – Может быть внутри вся зацвела. С виду я простак, да, знаешь, тёртый, Ни одна ещё не обвела! Ни одна покуда не женила. Хорошо живу, да дело в том: Ничего душе моей не мило, И до смерти опостылел дом. Ну, да ладно – ты совсем старуха, Мне бы помоложе лет на пять, Чтоб едою набивала брюхо, Да кого чтоб было обругать. Ну, мамулька, дай вон ту консерву, Кексик и дюшесу бутылёк – Жизнь – она, как баба смотрит стервой, Но живи, покуда не издох. 1998 ОСКОЛКИ Осколки зеркала. Все говорят: к несчастью, А я гляжу, не отрывая глаз. В них комната моя, разъятая на части - Такой ее я вижу в первый раз. Осколки нежных чувств. Над ними плачут горько, А я не лью напрасных глупых слез. Куда занятней из былых осколков Слагать мозаики грядущих светлых грез. Осколки? Пусть - весь мир лежит - в осколках, Мне не собрать былой своей страны Из множества осколков, злых и колких, Не признающих за собой вины. Но что вздыхать о целом? Все дробится,- На сцену жизни властно всходит дробь. Из-за осколков я не стану биться, Под град свинца свой подставляя лоб Я из осколков - значит недоступен, Власть из осколков - значит не страшна, Не различить, кто свят, а кто преступен, И смерть в осколках - попросту смешна. Сметем осколки дружною метлою И воцаримся на земле пустой Творить привычно страшное и злое, Ничьей не окрыленное мечтой. ... Лучом заката обожгло ресницы: В осколках зеркала дробится алый свет. К несчастью? Пусть! В осколки раздробится Мое несчастье - вот его и нет. 1996 ТРЕТЬЕ ИЗМЕРЕНЬЕ Мы прорастаем в третье измеренье, От плоскости все дальше уходя, И, упиваясь выпуклостью зренья, Глаза на мир по-новому глядят. Казалось бы... одна координата! А сколько новых выявлено форм! Куб, выросший из тощего квадрата, Реально демонстрирует объем! Был треугольник - стала пирамида, Пространство сферы поглотило круг - Все срочно дополняем третьим видом, А раньше ведь вполне хватало двух! Всем радостно, лишь замершие в росте Робеют перед страшной высотой: Сорвешься вниз - переломаешь кости! Уж лучше жить в наивности святой! Мы безраздельно плоскость разлюбили И к ней, как прежде, преданно не льнем - Сливаясь с ней, мы сами плоски были, А поднялись и обрели объем. Мы прорастаем в третье измеренье, И дерзкий ум, поднявшийся с колен, Себя готовит к новому прозренью Иных миров за гранью новых стен. 1988 СУДЬБА СЕМЯН Я вбрасываю в землю семена, Дальнейшая судьба семян темна. Одно заплесневеет, во втором Червяк захочет обустроить дом, А третье так придавит злой сорняк, Что прорасти ему уже никак. Но верю я в четвертое зерно- Ему пробиться к солнцу суждено. И над землей взметнувшийся росток Распустит удивительный цветок. А вслед за им другие семена, Судьба которых больше не темна, Проклюнутся из вскопанной земли, Чтобы цветы над ними расцвели. 2008 ПОСЛЕДНИЙ ВИРАЖ Двадцать лет я педали кручу - надоело! Но финальный заезд никому не отдашь. Я устал, я отстал, но душе нет предела - На последний вираж, на последний вираж! Для двоих впереди гонг звучит как победа. Веселитесь, ребятки, но финиш не ваш! Я прорвусь, я достану, я первым приеду. На последний вираж, на последний вираж! Я дошел до беспамятства, до беспредела - Тяжесть лет отшвырнул, как ненужный багаж, И - бросаю свое полумертвое тело На последний вираж, на последний вираж! Тренер грузно бежит и кричит багровея: В ряд пониже впишись и рулем не промажь! Я с прямой ухожу, я все больше зверею. На последний вираж, на последний вираж! Если б этот правей, если б тот чуть левее! Но плевать на удачу, плевать на мандраж! Я троих обхожу, я в победе уверен. На последний вираж, на последний вираж! Руль рвануло из рук, колесо отлетело. Свалка тел и машин сквозь кровавый мираж. Я в завале увяз, но - тащу свое тело На последний вираж, на последний вираж! На трибунах толпа поднялась, загудела. Остановлен заезд - жуткий ажиотаж! О бетон обдираясь, вниз скользит мое тело - Мне уже не вписаться в последний вираж! 2000 КАК И ПРЕЖДЕ Мне грустно – молодость прошла. Я не заметил дней прошедших – Живу спокойно, не спеша – Бегун, с дистанции сошедший. Сижу в тиши пустых трибун – Последний круг – бледнеют лица – Несётся стайеров табун К заветной ленточной границе Я поднимаюсь – выхожу – Верчу поношенною сумкой – Пусть не бегу но весь дрожу И сердце снова бьётся гулко Плевать что молодость прошла И места больше нет надежде – Моя спортивная душа Победы жаждет как и прежде 1968 СВОЕ ЛИЦО Умейте смотреть по-своему, Имейте свое лицо - Все то, что давно освоено, Не требует храбрецов. Пусть вам не ходить в Эйнштейнах, Пусть вам не греметь в веках, Но реже сгибайте шеи На деле, ни на словах. В беде оставайтесь спокойными, Не нужно считать утрат - Крикливые и безвольные Становятся в задний ряд. Идите своей дорогой - Пусть вслед раздадутся смешки. Известно, что даже Боги Учились лепить горшки. Умейте смотреть по-своему, Имейте свое лицо. Для робких - лишь то, что освоено, Все новое - для храбрецов. 1968
Даже и победившему - Мне всё-равно грустно? 1985-2015 ЗНАКОМАЯ ДОСКА Не возвращайтесь в старые квартиры, Где протекает жизнь чужих для вас людей, Где вместо глаз глазков пустые дыры, Где стёрты все следы прожитых вами дней. Хозяева на вас посмотрят с удивленьем: Чего мол здесь ходить, чего мол здесь искать, И только скрипнет где-то на мгновенье Под вами старая знакомая доска. 1981 У МЕНЯ ПОСЛЕДНЯЯЧ ДЕСЯТКА Синяя торговая палатка, Низкопробный заграничный крам – У меня последняя десятка – Я её так просто не отдам. Что, мамашка? - Ишь как раззевалась! Так ведь может всю перекосить. А ты мне случайно не подскажешь, Можно ли здесь чем перекусить? Колбаса? Да ведь она в обёртке – Может быть внутри вся зацвела. С виду я простак, да, знаешь, тёртый, Ни одна ещё не обвела! Ни одна покуда не женила. Хорошо живу, да дело в том: Ничего душе моей не мило, И до смерти опостылел дом. Ну, да ладно – ты совсем старуха, Мне бы помоложе лет на пять, Чтоб едою набивала брюхо, Да кого чтоб было обругать. Ну, мамулька, дай вон ту консерву, Кексик и дюшесу бутылёк – Жизнь – она, как баба смотрит стервой, Но живи, покуда не издох. 1998 ОСКОЛКИ Осколки зеркала. Все говорят: к несчастью, А я гляжу, не отрывая глаз. В них комната моя, разъятая на части - Такой ее я вижу в первый раз. Осколки нежных чувств. Над ними плачут горько, А я не лью напрасных глупых слез. Куда занятней из былых осколков Слагать мозаики грядущих светлых грез. Осколки? Пусть - весь мир лежит - в осколках, Мне не собрать былой своей страны Из множества осколков, злых и колких, Не признающих за собой вины. Но что вздыхать о целом? Все дробится,- На сцену жизни властно всходит дробь. Из-за осколков я не стану биться, Под град свинца свой подставляя лоб Я из осколков - значит недоступен, Власть из осколков - значит не страшна, Не различить, кто свят, а кто преступен, И смерть в осколках - попросту смешна. Сметем осколки дружною метлою И воцаримся на земле пустой Творить привычно страшное и злое, Ничьей не окрыленное мечтой. ... Лучом заката обожгло ресницы: В осколках зеркала дробится алый свет. К несчастью? Пусть! В осколки раздробится Мое несчастье - вот его и нет. 1996 ТРЕТЬЕ ИЗМЕРЕНЬЕ Мы прорастаем в третье измеренье, От плоскости все дальше уходя, И, упиваясь выпуклостью зренья, Глаза на мир по-новому глядят. Казалось бы... одна координата! А сколько новых выявлено форм! Куб, выросший из тощего квадрата, Реально демонстрирует объем! Был треугольник - стала пирамида, Пространство сферы поглотило круг - Все срочно дополняем третьим видом, А раньше ведь вполне хватало двух! Всем радостно, лишь замершие в росте Робеют перед страшной высотой: Сорвешься вниз - переломаешь кости! Уж лучше жить в наивности святой! Мы безраздельно плоскость разлюбили И к ней, как прежде, преданно не льнем - Сливаясь с ней, мы сами плоски были, А поднялись и обрели объем. Мы прорастаем в третье измеренье, И дерзкий ум, поднявшийся с колен, Себя готовит к новому прозренью Иных миров за гранью новых стен. 1988 СУДЬБА СЕМЯН Я вбрасываю в землю семена, Дальнейшая судьба семян темна. Одно заплесневеет, во втором Червяк захочет обустроить дом, А третье так придавит злой сорняк, Что прорасти ему уже никак. Но верю я в четвертое зерно- Ему пробиться к солнцу суждено. И над землей взметнувшийся росток Распустит удивительный цветок. А вслед за им другие семена, Судьба которых больше не темна, Проклюнутся из вскопанной земли, Чтобы цветы над ними расцвели. 2008 ПОСЛЕДНИЙ ВИРАЖ Двадцать лет я педали кручу - надоело! Но финальный заезд никому не отдашь. Я устал, я отстал, но душе нет предела - На последний вираж, на последний вираж! Для двоих впереди гонг звучит как победа. Веселитесь, ребятки, но финиш не ваш! Я прорвусь, я достану, я первым приеду. На последний вираж, на последний вираж! Я дошел до беспамятства, до беспредела - Тяжесть лет отшвырнул, как ненужный багаж, И - бросаю свое полумертвое тело На последний вираж, на последний вираж! Тренер грузно бежит и кричит багровея: В ряд пониже впишись и рулем не промажь! Я с прямой ухожу, я все больше зверею. На последний вираж, на последний вираж! Если б этот правей, если б тот чуть левее! Но плевать на удачу, плевать на мандраж! Я троих обхожу, я в победе уверен. На последний вираж, на последний вираж! Руль рвануло из рук, колесо отлетело. Свалка тел и машин сквозь кровавый мираж. Я в завале увяз, но - тащу свое тело На последний вираж, на последний вираж! На трибунах толпа поднялась, загудела. Остановлен заезд - жуткий ажиотаж! О бетон обдираясь, вниз скользит мое тело - Мне уже не вписаться в последний вираж! 2000 КАК И ПРЕЖДЕ Мне грустно – молодость прошла. Я не заметил дней прошедших – Живу спокойно, не спеша – Бегун, с дистанции сошедший. Сижу в тиши пустых трибун – Последний круг – бледнеют лица – Несётся стайеров табун К заветной ленточной границе Я поднимаюсь – выхожу – Верчу поношенною сумкой – Пусть не бегу но весь дрожу И сердце снова бьётся гулко Плевать что молодость прошла И места больше нет надежде – Моя спортивная душа Победы жаждет как и прежде 1968 СВОЕ ЛИЦО Умейте смотреть по-своему, Имейте свое лицо - Все то, что давно освоено, Не требует храбрецов. Пусть вам не ходить в Эйнштейнах, Пусть вам не греметь в веках, Но реже сгибайте шеи На деле, ни на словах. В беде оставайтесь спокойными, Не нужно считать утрат - Крикливые и безвольные Становятся в задний ряд. Идите своей дорогой - Пусть вслед раздадутся смешки. Известно, что даже Боги Учились лепить горшки. Умейте смотреть по-своему, Имейте свое лицо. Для робких - лишь то, что освоено, Все новое - для храбрецов. 1968
