Большевик
1
Мне хочется о Вас, о Вас, о Вас
бессонными стихами говорить…
Над нами ворожит луна-сова,
и наше имя и в разлуке: три.
Как розовата каждая слеза
из Ваших глаз, прорезанных впродоль!
О теплый жемчуг!
Серые глаза,
и за ресницами живая боль.
Озерная печаль живет в душе.
Шуми, воспоминаний очерет,
и в свежести весенней хорошей,
святых святое, отрочества бред.
* * *
Мне чудится:
как мед, тягучий зной,
дрожа, пшеницы поле заволок.
С пригорка вниз, ступая крутизной,
бредут два странника.
Их путь далек…
В сандальях оба.
Высмуглил загар
овалы лиц и кисти тонких рук.
«Мария, — женщине мужчина, — жар
долит, и в торбе сохнет хлеб и лук».
И женщина устало:
«Отдохнем».
Так сладко сердцу речь ее звучит!..
А полдень льет и льет, дыша огнем,
в мимозу узловатую лучи…
* * *
Мария!
Обернись, перед тобой
Иуда, красногубый, как упырь.
К нему в плаще сбегала ты тропой,
чуть в звезды проносился нетопырь.
Лилейная Магдала,
Кари от,
оранжевый от апельсинных рощ…
И у источника кувшин…
Поет
девичий поцелуй сквозь пыль и дождь.
* * *
Но девятнадцать сотен тяжких лет
на память навалили жернова.
Ах, Мариам!
Нетленный очерет
шумит про нас и про тебя, сова…
Вы — в Скифии, Вы — в варварских степях.
Но те же узкие глаза и речь,
похожая на музыку, о Бах,
и тот же плащ, едва бегущий с плеч.
И, опершись на посох, как привык,
пред Вами тот же, тот же, — он один! —
Иуда, красногубый большевик,
грозовых дум девичьих господин.
* * *
Над озером не плачь, моя свирель.
Как пахнет милой долгая ладонь!..
…Благословение тебе, апрель.
Тебе, небес козленок молодой!
2
И в небе облако, и в сердце
грозою смотанный клубок.
Весь мир в тебе, в единоверце,
коммунистический пророк!
Глазами детскими добрея
день ото дня, ты видишь в нем
сапожника и брадобрея
и кочегара пред огнем.
С прозрачным запахом акаций
смесился холодок дождя.
И не тебе собак бояться,
с клюкой дорожной проходя!
В холсте суровом ты — суровей,
грозит земле твоя клюка,
и умные тугие брови
удивлены грозой слегка.
3
Закачусь в родные межи,
чтоб поплакать над собой,
над своей глухой, медвежьей,
черноземною судьбой.
Разгадаю вещий ребус —
сонных тучек паруса:
зноем (яри на потребу)
в небе копится роса.
Под курганом заночую,
в чебреце зарей очнусь.
Клонишь голову хмельную,
надо мной калиной, Русь!
Пропиваем душу оба,
оба плачем в кабаке.
Неуемная утроба,
нам дорога по руке!
Рожь, тяни к земле колосья!
Не дотянешься никак?
Будяком в ярах разросся
заколдованный кабак.
И над ним лазурной рясой
вздулось небо, как щека.
В сердце самое впилася
пьявка, шалая тоска…
4
Сандальи деревянные, доколе
чеканить стуком камень мостовой?
Уже не сушатся на частоколе
холсты, натканные в ночи вдовой.
Уже темно, и оскудела лепта,
и кружка за оконницей пуста.
И желчию, горчичная Сарепта,
разлука мажет жесткие уста.
Обритый наголо хунхуз безусый,
хромая, по пятам твоим плетусь,
о Иоганн, предтеча Иисуса,
чрез воющую волкодавом Русь.
И под мохнатой мордой великана
пугаю высунутым языком,
как будто зубы крепкого капкана
зажали сердца обгоревший ком.
Разбор стихотворения классика «Нарбут Владимир» — «Большевик»
Анализ стихотворения «Большевик»
Стихотворение Владимира Нарбута «Большевик» — это сложное, многослойное произведение, в котором революционная эпоха осмысляется через призму библейских и евангельских сюжетов. Автор создает мифологизированный портрет времени, где социальные и политические потрясения переплетаются с вечными темами любви, жертвы и предательства.
Историко-литературный контекст и символика:
- Библейский подтекст: Стихотворение пронизано отсылками к Новому Завету. Главный герой — Иуда, «красногубый большевик». Этот образ — центральная метафора произведения, где революционер приравнивается к апостолу-предателю. Нарбут, будучи участником имажинистской группы, мастерски использует шокирующий образ, соединяя священное (библейскую историю) с профанным (политическим деятелем).
- Символ «красногубого»: Повторяющийся эпитет «красногубый» — не просто деталь портрета. Он символизирует кровавую жертву самого Иуды (по одной из версий, он повесился, и губы его посинели, но здесь «красногубый» — цвет жизни, страсти и крови) и насилие, которое несет революция. Это также цвет, связанный с большевистской символикой.
- Лирический герой: Герой стихотворения — фигура странная и двойственная. Это и «коммунистический пророк», и «сапожник», и «брадобрей», и «кочегар». Он одновременно и библейский персонаж (Иуда, апостол), и современник поэта. Его путь — это путь «чрез воющую волкодавом Русь», что подчеркивает трагизм и хаотичность революционной эпохи.
- Связь с имажинизмом: Стихотворение является ярким образцом поэтики имажинизма. Автор использует неожиданные, парадоксальные образы:
- «луна-сова»
- «воспоминаний очерет»
- «небес козленок молодой»
- «вздулось небо, как щека»
- Композиция и жанр: Стихотворение состоит из нескольких частей, каждая из которых — это отдельный эпизод или вариация на тему. Первая часть — любовное обращение, переходящее в библейский сюжет о Марии Магдалине и Иуде. Вторая часть — портрет «коммунистического пророка». Третья — лирическое отступление о судьбе «черноземной Руси». Четвертая — финальный, трагический монолог, полный отчаяния и безысходности.
Художественные особенности:
- Размер и ритм: Стихотворение написано пятистопным ямбом с пиррихиями, что придает ему повествовательный, эпический характер, несмотря на лирическую напряженность. В некоторых частях (например, третья) ритм сбивается на более короткий хорей, создавая эффект народной песни или плача.
- Лексика: Поэт смешивает высокую, библейскую лексику («святых святое», «лилейная»), просторечия («будяк», «пьявка») и бытовые детали («сандальи деревянные», «сапожник»). Это создает эффект стилистического контраста, подчеркивая разрыв между идеалами революции и суровой реальностью.
- Звукопись: Обилие шипящих и свистящих звуков («ш», «щ», «с», «з») в сочетании с повторяющимися «р» и «к» создает ощущение шороха, тревоги и напряжения: «шуми, воспоминаний очерет», «грозовых дум девичьих господин».
Основная идея:
Главная идея стихотворения — трагическая неразрывность прошлого и настоящего. История повторяется, революция — это новое издание библейской драмы, где каждый участник обречен играть свою роль. «Большевик» — это не просто политический деятель, а носитель роковой, мистической силы, которая одновременно и созидает, и разрушает. Это размышление о кровавом и жертвенном характере любой эпохи перемен, о том, как вечные человеческие чувства (любовь, предательство, тоска) проявляются в новых исторических формах. Финальные строки («зажали сердца обгоревший ком») звучат как приговор времени, оставляя после себя чувство глубокой опустошенности и тоски.
Вывод: Стихотворение «Большевик» — одно из самых значительных и сложных произведений Владимира Нарбута. Это не агитка, а трагическое, пронизанное болью и надеждой осмысление русской революции через вечные образы мировой культуры. Оно требует от читателя глубокого погружения в контекст и готовности воспринимать противоречивую, шокирующую поэтику.
Рекомендации для прочтения:
- Для понимания контекста и поэтики имажинизма, к которому принадлежал Нарбут, рекомендую обратиться к стихам Сергея Есенина и Николая Гумилева (хотя Гумилев не был имажинистом, его поэзия также полна мифологических образов).
- Для более глубокого понимания трагической судьбы поэта и его эпохи — стихи Осипа Мандельштама.
- Если вас заинтересовало соединение библейской и революционной тематики, прочтите стихотворение «Двенадцать» Александра Блока.
