Лошадка

Лошадь гривой белой машет
И никто сейчас не скажет,
Что она так одинока, так грустна,
Ведь с людьми она открыта и честна.
Кажется свободной и счастливой,
Скачет поступью игривой.
Люди смотрят, думают, что жизнь её - удача,
Но не знают, как у сена, плача,
В тишине, в раздумьях и тоске
Просит небо о грамульке ласки,
Чтобы жизнь её была подобна сказке.
Только небо грозовое-то молчит,
А душа лошадки в горести кричит,
Сердце медленней и медленней стучит.
Время позднее, она уходит в стойло.
Там стоит еда и пойло.
Подошла к воде, взглянула в отражение,
Осознала перед жизнью поражение.
Опустилась на колено, замерла и обомлела,
Умерла и к Богу полетела.
Не успела завести семью, влюбиться,
Только написала пару строк, чтобы проститься.
Так закончились и счастья-то заначки,
И прошли судьбы её навеки скачки.
И никто сейчас не скажет,
Что она так одинока, так грустна,
Ведь с людьми она открыта и честна.
Кажется свободной и счастливой,
Скачет поступью игривой.
Люди смотрят, думают, что жизнь её - удача,
Но не знают, как у сена, плача,
В тишине, в раздумьях и тоске
Просит небо о грамульке ласки,
Чтобы жизнь её была подобна сказке.
Только небо грозовое-то молчит,
А душа лошадки в горести кричит,
Сердце медленней и медленней стучит.
Время позднее, она уходит в стойло.
Там стоит еда и пойло.
Подошла к воде, взглянула в отражение,
Осознала перед жизнью поражение.
Опустилась на колено, замерла и обомлела,
Умерла и к Богу полетела.
Не успела завести семью, влюбиться,
Только написала пару строк, чтобы проститься.
Так закончились и счастья-то заначки,
И прошли судьбы её навеки скачки.

