Посадки нет (23) Адаптация. Глава двадцать третья

За столом на семейном ужине Сытиных не было, конечно же, ни фазанов, ни глухаря, ни запечённой картошки на углях. Мама - Мария Анатольевна что-то весело рассказывала присутствующим, накладывая из салатницы всем присутствующим в тарелки салат.

Папа – Николай Максимович доканывал единственную дочь важными, как ему казалось, вопросами. Только Соня и Максим молча внимали суетливость происходящего, держа друг друга под столом за руку.

Когда мама закончила выкладку настольных яств, папа Максима и Карины наполнил бокалы присутствующих, встал, желая произнести тост.

- Дорогие, дети! Мы с мамой очень рады, что именно в этот день, а точнее - вечер, собралась вместе наша маленькая, но очень дружная семья. А ещё мы очень рады познакомиться с новым, надеюсь, будущим членом нашей семьи – Сонечкой. Я поднимаю этот бокал за знакомство, за верную дружбу и вечную любовь!

Во дворе большими хлопьями кружил первый снег. Макс и Соня выгуливали Альму, которая весело носилась по пустому скверу, от одной детской площадки до другой, выхватывая налету снежинки, звонко клацая зубами. Сидя обнявшись на широкой лавочке, они говорили о чём-то о своём, иногда смеялись, иногда просто обнимали друг друга. Слегка захмелевшая от сухого вина Карина наблюдала за братом и его девушкой в окно.

- Хорошая девочка, правда? – спросила Мария Анатольевна дочь, подходя сзади.

Карина обернулась на голос матери, быстро вытерла убегавшую слезинку.

- Странная она какая-то, - неуверенно произнесла дочь, - Собака эта ещё…

- Ну что собака? Собака, как собака. Породистая. Умная. Дрессированная. Она даже папе обе лапы давала по команде. Обживёмся. Всё будет хорошо, Карик! Ты же давно мечтала об овчарке?

- Мечтала, - задумчиво произнесла Карина.

Утром Мария Анатольевна разбудила мужа, и беспокойно забегала по квартире. Она дождалась пока старший Сытин выйдет из ванной комнаты и проследует в столовую, где его уже ожидала встревоженная супруга.

- Что случилось, Маш? – закрывая за собой дверь спросил Николай Максимович.

- Тихо ты… - осекла бодрый тембр мужа Мария Анатольевна.

- Андрюха что ль опять звонил, Каринку требовал? У меня за вчера только пять его сообщений на телефоне…

- Да причём тут Андрюха? Забудь уже! – тихо зашипела на мужа женщина.

- Тут дела поинтереснее…

Мария Анатольевна сделала загадочное лицо, а потом достала из-за шторы один из рюкзаков, с которыми вернулись Максим с Секвойей.

Она осторожно развязала узел шнурка горловины, а за тем также осторожно двумя пальчиками достала полупрозрачный переливающийся глиттерными блёстками комбинезон.

- Вот полюбуйся, - тихо сказала хозяйка дома, - Ночью не спалось, решила закинуть вещи детей в стирку. А тут такое…

Отец принял из рук жены комбинезон. Попытался понять на ощупь материал и структуру. Затем слегка встряхнул его. Скафандр поменял цвет с полупрозрачного на ярко-синий, на рукаве в районе локтя забегали молнии и активизировалась область похожая на сенсорную панель, но с неизвестными символами.

- Вот чёрт! – в голос сказал отец семейства, отпустив из рук чужую вещь.

Скафандр упал в ноги мужчины потеряв всякую окраску.

- Отец, а где твои ноги? – спросила супруга Николая.

Николай посмотрел на то место, где когда-то находились его ступни, одетые в домашние тапки. На том месте куда упала «чужая вещь», действительно была пустота. Паркет кухонный был, а часть ног Николая Максимовича по щиколотки отсутствовала.

- Ох, ёж твою медь! – в полный голос произнес отец.

Мария Анатольевна снова «зашикала» на мужа, пытаясь утихомирить эмоции супруга.

- Чего кричишь-то? Все спят ещё… - сказала она.

- Чего шумите? – спросил Макс, прошлёпав босиком мимо столовой в ванную.

Мария Анатольевна откинула ногой неизвестный предмет в угол кухни. Ноги Мужа в тапках появились в целости и сохранности на прежнем месте владельца. Глава семейства медленно присел на стул, который ему быстро подставила жена.

Через пару минут в столовую вошёл Максим, оценив взбудораженных родителей строгим взглядом. Макс молча налил в бокал бутилированной воды из кулера, тремя большими глотками осушив его.

- Ничего, Максимушка, - ласково ответила Мария Анатольевна, - Папе нехорошо стало. Видимо вчера лишний бокал вина выпил. Сейчас таблеточек дам ему, и опять спать пойдём.

- Почему сразу мне нехорошо? - возмутился отец, - Чуть что, сразу у меня какие-то проблемы. Нормально я себя чувству. Даже бодро как-то. Выспался, наверное.

- Чудите вы что-то, родители, - недовольно выдал Максим.

Увидев на полу свой рюкзак, сын поинтересовался: - Рюкзак мой зачем-то притащили на кухню… Стирку что ли затеяли?

- Стирку, стирку, сынок, - обрадовалась мама.

- Ладно, стирайте, только не шумите.

Он глянул на часы на стене. Циферблат полосатых кухонных часов показывал ровно шесть утра.

- Мы с Соней поспим ещё пару часиков с вашего разрешения…

С этими словами он вышел из столовой в направление своей комнаты.

- Готовь завтрак что ли, мать, - спокойным голосом сказал Николай Максимович.

 

продолжение в двадцать четвёртой главе: https://poembook.ru/poem/3004202-posadki-net-%28rasskaz%29-semya-glava-dvadtsat-chetvertaya