Ни о чем и ни о ком
Мне поведайте о вас.
Тихо, в сердце тихо.
На себя смотрю тотчас
В зеркале безликом.
Неразборчивы слова,
Шепчут звёзды сказки.
У почтового столба
Отвалились глазки.
И бензинные красоты расплывутся,
Как бельмо,
Разношерстные остроты блещут,
Блещут и письмо.
Что писал себе когда-то?
Что боялся упустить?
Полотном, что кровью ткато,
Натыкаюсь я на нить.
«Не имею желания с вами возиться,
Никем вы не являетесь на данный миг.
Вы, прижав потрепанные крылья птицы,
Летите вниз, врезаетесь в тупик».
Произносив себе по сотне раз
на дню, так надоело.
Выскоблить сердце раз
желал я, но осточертело.
Я, не добившись ровным счетом ничего,
Плету распавшуюся жизнь, кручу веретено.
Звёзд свет, что ударяет в голову. Одно
лишь вот понятно — мне хотелось большего.
Липкий комок серого вещества,
Вы просо полны невежества!
Вы не могли бы привести в порядок боль?
Принарядились бы, подъем был в семь ноль-ноль!
Вот безалаберность, вот дурость —
Поражает!
Сами насытились? Понурость.
Плетётся пылью казначей,
Что сам устал от вашей скуки,
Терпеть не может он разлуки,
И не без зависти, речей
Он слушает всегда немало,
Но и огромный том скандалов.
Сейчас он прочитает.
— О вас вдвоём скажу немного,
Вы? Вы запутались в дороге
Об остроту обеих душ,
Но выхватив немалых куш,
Несётесь от себя подальше,
Но скрыться ль вам от вашей фальши?
Признайтесь самому себе!
Вас двое, но секреты мне!
Вся ваша вера разропталась в зазеркалье,
При свете: звон, гул лишней болтовни.
И заплутав меж сердцем и моралью,
Нас не останется троих, двоих. Одни.
Мой сокровенный тихий звон
Погаснет, ведь кошмарный сон
Не так спешит тебе отдать
Мои потери. Благодать?
Сместились с места, с канители.
Ну и откуда же вам знать?
Ваше запястье и печать,
А вы — изящный перезвон,
Забыли ль вы о мире хладном,
Потерянном во снах, досадном?
Предвижу ваш ответ, трезвон.
Мне неприятен ваш осадный
Деятельности вид, фасадный
Путь и в один миг — дендрарий,
Как только в сердце я проник — сухой гербарий.
