И Бога молю,не вставая с колен...

Раскачивал ветер мою колыбель,
То влево,то в право судьбою гоним.
Всю жизнь разделяя на бури и до,
Как-будто актёр в чёрно-белом кино.
Боялся ступить на кривую тропу,
Старался всю жизнь проживать по уму.
Боялся любить и боялся страдать,
И повод для сплетен старался не дать.
С утра просыпаясь бежал на работу,
Трудился,как проклятый,даже в субботу.
Всё деньги копил.Для чего? Почему?
Теперь уж и сам объяснить не могу.
Как-будто отшельник,ни с кем не дружил,
С работы домой к своим книгам спешил.
За чашечкой кофе,с сигарой в зубах,
Я плыл по течению,жил,как монах...
Сейчас седовласым уже стариком,
Сижу и смотрю на пустующий дом,
Детей не имею,жену не нашёл,
Да что говорить?
Собаку-собаку и ту не завёл.
Пытаясь осмыслить всю глупость свою,
Рукой утираю скупую слезу,
И Бога молю,не вставая с колен,
На старости счастья,всем мукам в замен...
То влево,то в право судьбою гоним.
Всю жизнь разделяя на бури и до,
Как-будто актёр в чёрно-белом кино.
Боялся ступить на кривую тропу,
Старался всю жизнь проживать по уму.
Боялся любить и боялся страдать,
И повод для сплетен старался не дать.
С утра просыпаясь бежал на работу,
Трудился,как проклятый,даже в субботу.
Всё деньги копил.Для чего? Почему?
Теперь уж и сам объяснить не могу.
Как-будто отшельник,ни с кем не дружил,
С работы домой к своим книгам спешил.
За чашечкой кофе,с сигарой в зубах,
Я плыл по течению,жил,как монах...
Сейчас седовласым уже стариком,
Сижу и смотрю на пустующий дом,
Детей не имею,жену не нашёл,
Да что говорить?
Собаку-собаку и ту не завёл.
Пытаясь осмыслить всю глупость свою,
Рукой утираю скупую слезу,
И Бога молю,не вставая с колен,
На старости счастья,всем мукам в замен...

