Там, где ракиты, поля золотые...
***
Там, где ракиты, поля золотые
Перепоясаны лентой небес,
Сложил я песни для сердца родные
И возложил себе на спину крест.
Но не нести – я его не умею
И не любить – я его не могу.
Хоть и пою я, как каждый сумеет, -
Все же, я песню свою берегу.
Пусть ее слышат: и плут, и крестьянин!
Пусть ее слышит злодей-душегуб!
Если те звуки кого-то и ранят,
То и они же его стерегут.
Пусть, не ищу я по жизни удачи…
Сердцу дороже – осенняя мгла.
Месяц с улыбкой по заводням скачет,
Ловко бросая свои удила.
Сколько деревьев, под золотом спящих,
В час, когда солнце заходит в зенит!
Я не жалею о днях уходящих,
Прожитых мною под грузом обид.
И, если кто-то мне скажет угрюмо:
«Жизнь пролетает, жалей – не жалей!»,
Я прокричу в такт древесного шума:
«Все в этом мире цветет из людей!». <28 июля> 2015
Там, где ракиты, поля золотые
Перепоясаны лентой небес,
Сложил я песни для сердца родные
И возложил себе на спину крест.
Но не нести – я его не умею
И не любить – я его не могу.
Хоть и пою я, как каждый сумеет, -
Все же, я песню свою берегу.
Пусть ее слышат: и плут, и крестьянин!
Пусть ее слышит злодей-душегуб!
Если те звуки кого-то и ранят,
То и они же его стерегут.
Пусть, не ищу я по жизни удачи…
Сердцу дороже – осенняя мгла.
Месяц с улыбкой по заводням скачет,
Ловко бросая свои удила.
Сколько деревьев, под золотом спящих,
В час, когда солнце заходит в зенит!
Я не жалею о днях уходящих,
Прожитых мною под грузом обид.
И, если кто-то мне скажет угрюмо:
«Жизнь пролетает, жалей – не жалей!»,
Я прокричу в такт древесного шума:
«Все в этом мире цветет из людей!». <28 июля> 2015
