Брожу

По улицам знакомым, но чужим,

Бреду в рассветных сумерках полярных.

И все, что было на веку моим

Все стало той же тенью непонятной.

Сиреневою мглою я дышу

Яд ледяной игольчатый вдыхаю.

Пред тенью милой голову клоню

И дней своих теченье проклинаю.