К тебе
Я паутинкою бабьего лета
В наш город счастья, спеша, полечу.
Там мы с тобою встречали рассветы,
Там я ночами шептала: " Хочу!"
И хризантемой, увядшей, поникшей,
Позже напомню, как мне тяжело.
Как я противлюсь любови возникшей,
Как отпустить не могу, что ушло.
И незабудкой скажу : " Не забуду!"
К стеклу машины листочком прижмусь,
А ты к жене так спешишь:"Скоро буду!"
А ты с заботой звонишь: "Задержусь!"
Я белой нежной снежинкой летая,
К ладони сильной твоей припаду.
От теплоты твоих рук вдруг растаю,
От теплоты вдруг слезой упаду.
И лепестками букетов роскошных,
Тех, что жене подарил, прокричу:
Я так люблю тебя, милый, хороший!
Я так к тебе прикоснуться хочу!
А в стужу спрячу тоску под одежды,
Чтобы она не терзала подчас...
Лишь по весне снова гляну с надеждой,
Лишь робким взглядом Анютиных глаз...
В наш город счастья, спеша, полечу.
Там мы с тобою встречали рассветы,
Там я ночами шептала: " Хочу!"
И хризантемой, увядшей, поникшей,
Позже напомню, как мне тяжело.
Как я противлюсь любови возникшей,
Как отпустить не могу, что ушло.
И незабудкой скажу : " Не забуду!"
К стеклу машины листочком прижмусь,
А ты к жене так спешишь:"Скоро буду!"
А ты с заботой звонишь: "Задержусь!"
Я белой нежной снежинкой летая,
К ладони сильной твоей припаду.
От теплоты твоих рук вдруг растаю,
От теплоты вдруг слезой упаду.
И лепестками букетов роскошных,
Тех, что жене подарил, прокричу:
Я так люблю тебя, милый, хороший!
Я так к тебе прикоснуться хочу!
А в стужу спрячу тоску под одежды,
Чтобы она не терзала подчас...
Лишь по весне снова гляну с надеждой,
Лишь робким взглядом Анютиных глаз...

