Открытка

На рабочем столе, среди прочего хлама,

 

Ненужного больше, как веер мамы,

 

Лежали четыре важных предмета.

 

Вот та,две вот те и ещё вот эта.

 

 

Временами, когда он, печально шагая,

 

Проносился сквозь это пространство и время,

 

Он на миг замирал, что-нибудь вспоминая,

 

В этот миг был он всех и всего добрее.

 

 

На столе, средь вещей, забытых, застывших,

 

Ничего никому не желая плохого,

 

Лежали две шишки, сосновых шишки.

 

На них было выжжено старое слово,

 

 

Часть слова на левой, другая на правой,

 

И имя они образуют вместе,

 

Как солнце над дождиком, имя славное,

 

Вечно счастливое, ясное Мередит.

 

 

Её уже нет на земле, к сожалению.

 

Но верит, она в лучшем мире теперь.

 

Две шишки последнею стали тенью,

 

Иль лучиком света, тянущимся к ней.

 

 

Рядом с шишками, молча, чуть ближе к краю,

 

Застыл фарфоровый, серый заяц.

 

Он его получил в подарок от друга,

 

С ним он нёсся в квартире старой по кругу,

 

 

От стола до кровати, потом обратно,

 

Он на вечно запомнил тот день рожденья.

 

Это было безмерно чудно и приятно.

 

Он не станет прощаться с годами теми.

 

 

И последний предмет, самый важный и главный.

 

Между картой и велосипедной рамой,

 

Со значком уживаясь в пределах метра,

 

Иногда колыхаясь от лёгкого ветра,

 

 

На столе, на счастливом дубовом звере,

 

Отдыхает открытка из ниоткуда.

 

Но известно, в точности можно верить,

 

Что открытка ему, и писала Люда.

 

 

"Здравствуй, здравствуй мой родной человечек.

 

Ты меня не помнишь, я точно уверена.

 

Я поставила много за жизнь твою свечек.

 

Я ходила даже к народам севера.

 

 

И теперь, когда мне сказали это,

 

В этот самый счастливый на свете день,

 

Я отправлю открытку тебе с нашим светом,

 

Ты увидь и, пожалуйста, в нас поверь.

 

 

Мы боялись с отцом твоим сильно очень,

 

Кстати, знаем всё о твоей дочери.

 

Ты прости, что я так невпопад, обо всём.

 

Ветер солнечный наш тебе всё принесёт.

 

 

Очень рада, что жив, и счастлив, надеюсь.

 

Я пишу из другого, далёкого мира.

 

Ты попробуй добраться, и если сумеешь,

 

Упадёшь от того, как у нас здесь красиво.

 

 

Ты прости, на открытке места не хватит,

 

Чтобы чувства мои описать, но ты,

 

Дорогой мой сынок, живи бога ради,

 

Я прошу, ради бога, подольше живи!"

 

 

Он живёт и мечтает в тот мир попасть,

 

Стар теперь, но ещё уходит не спешит.

 

Ещё много целых зубов в его пасти.

 

Он ещё поживёт. Он в свой мир долетит.