Крымские каникулы

Вышла утром из летнего крымского домика и ахнула: под ногами кружево драгоценное блестит переливается. Летела снежная королева в растрепанных чувствах и скинула с плеч наземь свою кисейную накидку.

Или это сумасшедший художник всю ночь расписывал корявые плети спящего виноградника, бетонные дорожки, даже мои брошенные у порога сланцы перламутровыми ажурами. Зачем? И как мне теперь пройти в душ?

Кое-где в перламутровых переплетениях угадываются восточные орнаменты, очертания цветов и даже каких-то мифических животных.

Легонько, почти не дыша, будто трогаю крыло мотылька, одним пальчиком прикасаюсь к серебряной полосе. Сухая и тёплая, она не переливается на мою кожу, продолжая сиять под нежными солнечными лучами. Сказка!

— Не бойся, шагай смело, не прилипнешь, — кричит издали хозяйка нашего временного пристанище. — Это слизняки тут наползали. Хищники, всё подъедают за ночь. А вы небось вчера накрошили чего....

Сказка жалобно пискнула и тихо уползла куда-то в несбывшиеся надежды.

 

***

Каждый из нас уверен, что достоин быть счастливым. Но рядом всегда живут люди, которые воспринимают ваше счастье, как личное оскорбление. Как будто счастье, это что-то мерное. Бочка мёда, которого точно не хватит ему, если вы зачерпнете много.

Вот и следят за вами пристально. Почему за вами? Потому что считают, что вы уже достаточно наелись мёда, с вас хватит. Оставьте другим.

Наверное, поэтому мне позвонила Марина и заявила, что они с Вадимом уезжают кататься на лыжах.

Я — не собака на сене, тем более, что, вопреки общественному мнению, мы даже ни разу не целовались. Друзья и... друзья.

Я отключила телефон, даже не успев спросить, когда состоится это счастливое событие, потому что натягивать сапоги и куртку одной рукой неудобно.

Вадим улыбнулся, увидев меня на пороге своей студии: "Проходи. Чай с мелиссой будешь?"

— Нет. То есть да. Подожди, не сбивай меня. Вадим, я тебя люблю.

Мой дорогой очкарик минуту глупо молчал, улыбался и водил грязной кисточкой по футболке:

— Ну наконец-то. Паспорт с собой?