Матюха ч - 20

Каждый школяр знает: летние каникулы - и так, не длинные, (как - 3 недели пролетают), а этот пионерлагерь, их - совсем - вконец обкорнает! Времени – вечно ни на что не хватало! Порой, неделя - как день пролетала, (как, очередь - из автомата, вылетала!) – так, – дней было в ней, мало!...
Всегда, путёвку в Ласпи - подруга мамы (директор лагеря) за бесплатно мне выделяла, но в тот год всё пошло – наборот: не знаю, - или Марина - болела, а её заму до нас не было дела, но дворовая ребятня на 23 дня осталась без меня, а вместе мы, без - общего, очень для нас важного дела!...
 
Из Толькиного окна - часть 5-го Бастиона, примыкающего к Кладбищу Коммунаров, видна. Там он нашёл - злосчастную ту, гранату, только она угостила огнём - не его! - Но - обо всём, - по порядку...
 
Откопал там Толька гранату и - в увитую плющом, ограду кладбища Коммунаров её запрятал, только – сам рисковать - подрывать не стал, - другу (то есть мне) её показал! В нише чугунной ограды Кладбища Коммунаров, рядком лежали - головки-взрыватели (некоторые - помятые) от мин и снарядов - из под земли им поднятые. Всем этим «богатством» Толян передо мною похвастал (там лежала и найденная им граната), а я – опытным спецам-подрывникам - нашим друзьям, - Юрке с Владькой (поскольку - сам обладал, – весьма ещё, малой практикой…)
Маленькая-элегантная, яйцеобразная (не такая - как все сёстры её, безобразные), мы - никак не могли понять, - как и куда капсюль-детонатор - в неё вставлять?
(А - вся хитрость её заключается, - в - ржавом …ободке, оказывается!...) Перед отъездом в лагерь - я её перепрятал, но - на уговоры поддался (слабохарактерный), и указал зачем-то, то место - ребятам…
Побросав её, - попинав, и – видя, что не взрывается, (на - меня за то, попеняв), приятели отправились на поиски взрывателя капсюля-детонатора, и с ними я - распрощался, так как завтра - в пионерский лагерь Алсу отправлялся, и весть - о том, что она угостила их -осколками и огнём, застала меня - в нём…
 
Повёз меня батя (на тогда ещё не битом, досаафовском "Ирбите") в пионерский лагерь Алсу-2. Рядом, казалось, - подать рукой, - Богатое ущелье Большого каньона, скалы Шишко предгорья Ай Петри, обросшие боярышником-ясенем-буком и великаном грабом, четверть тысячелетья стоят они с голыми стволами гордо, только на 30-ти метровой вышине, макушки в густых и зелёных кронах...
Над Качинскими воротами Внутренней Гряды, нависает опасно скала "Господи - пронеси!" а - с другой её стороны, - такая же, но под названьем "Стопа". Качинский навес, - стоянка древнего человека Палеолита, - гротами-пещерами вся изрыта (Крымским партизанам - было очень удобно скрываться здесь...)
Одна из них, - Кизил-Коба, в СССР была - самой сложной, 13 км длиной - сплошь, карстовая полость!
Кыз-Кермен – "Девичья крепость", - самый древний пещерный город, да ещё - Таш-Аир, - камнепад!…
Каких-то 20 лет назад, татары-предатели-заразы, скопом, - по только им одним известным козьим тропам, здесь выводили карателей - на партизанские базы!... Такой - непростой, с - богатой историей боевой, - вокруг лагеря нашего, заказник! - Но вот, наконец, и смены конец, - главный наш праздник!
И вот, он - зажжён, тот Большой Пионерский Костёр, - выше - деревьев жаркие красно-жёлтые руки свои - распростёр, а завтра - домой, увидим, наконец, - родителей, братьев своих, друзей и сестёр (соскучились по которым, - вконец!...)
 
Серыми нитками на низком небе, - что-то вышили тучи, резким зигзагообразным пунктиром, чертят его мыши летучие. С - неба спускается тьма, в этих широтах особенно быстро, борется с ней - яркий отблеск большого костра, и на ветру рассыпаются искры. От - комаров кровожадных, - - кажется, - воздух звенит! А тут, - ко всему ещё, здесь появился недавно, (а потом, насовсем поселился!) страшный и очень опасный, - ядовитый заморский москит!…
 
Крымская белая глина, - что - твой клей "Момент"! Прилипают подошвы сандалий к ней, и их отрывает она - в момент, а - на новые у папы с мамой, - как всегда, денег нет…
Под слоем высохшей листвы и иголок, прячутся вестники бывшей войны, гильзы-осколки-патроны, я их ощущаю ступнями, сквозь истончавшие подошвы, видавших виды сандалий, и коллекция моя,полнилась - день ото дня - такими экземплярами, что вам и не снилось! (Какие вы, - вряд ли, видали!…)
 
У границы лагеря, на самой высокой ели, построил НП я себе - еле-еле, и часами с него наблюдал, что происходит на дороге ведущей к нам! В один ясный день распрекрасный, дождался: звук - очень знакомый, мотора Ирбита раздался, - и батя, летящий на нём, из-за поворота, показался. Ничего не объяснив, (опекунов-вожатых моих, лишь оповестив), в коляску меня усадив - в город помчался. По его
виду я понял, - что-то должно случиться! (Если - уже не случилось!...)
У 1-й городской больницы он остановился: на 2-м этаже в коридоре стояла кровать, в ней - Юрка, не прекращавший стонать…
Зрелище было - потрясное: забинтованные ноги-простыни от его кровищи были - буро-красные, я - так и застыл на пороге, - ведь неделю назад, был он здоровым, - и - вот те – нате, - в больничной палате!…
Синими, сухими губами Юрка мне прошептал: "Подорвались мы с Владькой – на твоей гранате!…"
Владька, так - тот - в госпитале военно-морском оказался – враз! (То, его папа расстарался, – КапРаз!)
Юная дурь, возведённая - в абсолют в день Флота, произвела в нашем дворе - очень громкий салют, от которого в первом подъезде - мало осталось нетронутых окон, а - в них, - не разбитых стёкол…
 
Тогда преподнёс мне батяня, нечего сказать, наглядный урок, и кое-какой вывод из него я извлёк:
За – то, что ребята без меня взорвали - мою же гранату, без страху, - Юрку и Владьку - (лучших моих, двух закадычных друзей) - сразу же, после выписки надо взять - за …, и отвести - в музей КЧФ, (где лежат под стеклом подобные экспонаты), чтоб они изучили - как следует, - устройство гранаты!…