С первым апреля Вас!!!!

Ирка ждала этот день почти месяц. И вот дождалась! Завтра она избавится от... Да, в общем-то, неважно, от чего Ирка хотела избавиться, а что прибавить. Завтра она станет другой.

Весь день накануне операции она шуршала по дому. Дня три её точно продержат в больнице, поэтому надо подготовиться. У неё двое детей. Ну, и муж, конечно же. У таких, как Ирка, муж должен быть и всё. Вот как родина у человека, как флаг у родины должны же быть? Как без родины и без флага?

 

Дети наблюдали за мамой. Младшему пять лет, старшей - десять. Надраив квартиру до ослепительного блеска, наготовив еды на небольшую кучку народа, Ирка занялась собой. Завтра на операционном столе надо быть при полном параде.

Рано утречком она, взяв небольшой саквояж, укатила в больницу. Там встретили её улыбчивые мед. сёстры, глядя на которых можно было не сомневаться, что именно Вас они ждали сегодня, как любимого мужчину, чьего внимания добивались долгие годы.

 

После непродолжительной и не слишком нудной процедуры заполнения всяких важных бумажек, Ирку повели в операционную, предварительно раздев, а затем облачив в бумажные одёжки.

Операционная супер современная. Врачи - боги. Молодые, красивые и озорные. Под стать им и хирургические сестрички. Поверх масок блестели хитрющие глазище.

 

Всё шло по плану, размеренно и спокойно. Сначала на Иркином теле нарисовали йодом потенциальные надрезы, а затем уложили на операционный стол. Пациентка лежала ни жива, ни мертва. Всё-таки наркоз, операция. Волнительно это. Нервы взвинчены, но внешнее - спокойствие налицо.

 

Вся бригада дружной гурьбой подтянулась к столу и расположилась кружком. Зрители в театре - ни дать ни взять. Анестезиолог привычными отработанными движениями запихнул иглу в венку, проверил необходимые Иркины "технические характеристики", кивнул. Хирурги с поднятыми на уровне плеч вверх руками, облаченными в перчатки, кивнули в ответ. Над Иркой врубили огромную лампу. Свет бил в глаза, и ей приходилось щуриться и вертеть головой.

 

Медицинская сестра, хитро глянув на врачей, протянула одному из них скальпель. Тот взял его и наклонился над Иркой. Остальные подтянулись ближе и тоже наклонились. Хирург изрёк, глядя Ирке в глаза:

- Ну-с, начнём!

И занёс над бедной жертвой скальпель.

 

Ирка бы убежала, но не могла по причине того, что была крепко-накрепко привязана к столу толстыми и широкими кожаными ремнями и она заорала во весь голос:

- Нет! Нет! Я ещё не сплю!

 

Вся бригада выпала под стол с дружным ржанием, прихрюкиванием и повизгиванием. А главный разбойник - хирург, наклонившись к самому лицу пациентки, мило улыбаясь глазами, т.к. губы находились под маской, ласково проворковал:

- С первым апреля!

Переставшие эмитировать звуки стада в период весеннего гона, его коллеги бодрым хором подхватили:

- С первым апреля!

 

Ирка открыла рот, чтобы выпустить все маты, которые она выучила за свои двадцать девять лет, но анестезиолог знал своё дело чётко. Краник открутил вовремя. Ирка, так и не выплеснув эмоции, ушла в нирвану.