15 - Эмили

Назад: https://poembook.ru/poem/2363174-14---komissiya

 

- Находясь в бессознательном состоянии, Ричард, вы многократно повторяли имя Танатос. Вы не могли бы немного нам о нем рассказать?

Танатос.. Мне вдруг вспомнился его хриплый голос:

“..Мы словно призраки неслись по рубежу,

Вокруг рубили, рассекали и кололи..”

А вдруг - правда? Голоса, звучащие в голове. Кто он такой, этот Танатос? Существует ли он вообще?

- Не припомню, - ответил я.

Новиту закивал.

- Да-да, конечно. Возможно вы не интересовались мифологией древних культур, тогда вам интересно будет узнать, что так звали древнегреческого бога смерти. Танатос, брат Гипноса. Хорошо. Тогда, возможно, вы расскажете нам, кто такая Эола?

Эола? Что еще за Эола.. Я озадаченно пожал плечами.

Татьяна, подняла руку:

- Доктор? У меня есть замечание по этому поводу.

Просперо кивнул и сел.

- Наша ситуация отягощается тем, что в жизни мистера Бачелора сформировался затяжной депрессивный период. Четыре года назад, при трагических обстоятельствах он потерял любимую супругу. Это было известное крушение туристического шаттла “Изысканный”. Нередко в подобных ситуациях люди все же находят эмоциональную разгрузку в своих детях, переключая внимание на них. Но к сожалению обзавестись детьми молодая семья так и не успела.

Девушка отложила карандаш в сторону и немного подалась вперед. Ее карие глаза с теплом и пониманием смотрели на меня. У нее был нежный, приятный голос:

- Непримиримое чувство утраты создало в вашем разуме, Ричард, некую буферную зону отчуждения. Это естественный защитный механизм психики, необходимый для ухода от перегрузок. Происходит вытеснение эго на безопасную территорию, откуда вы наблюдаете за жизненными событиями как бы со стороны. Бывает, что подобные состояния даже обрастают сопутствующей личностной атрибутикой, не присущей вам в привычных, естественных состояниях. В норме - это лишь временная мера, компенсаторный механизм для пережидания пиковых стрессовых ситуаций. Но когда острая фаза депрессивных состояний длится годами, такое вытеснение эго становится для разума уже привычной прогулкой. Порой такое альтернативное мировосприятие начинает восприниматься даже более естественно, чем исходное. Переживающий это явление человек склонен украшать такое состояние вымышленными деталями, фантазиями. Часто в результате рождается образ наделенный героическими или мученическими чертами. Я полагаю, вы читали какую-нибудь научную или научно-фантастическую литературу, оставившую след в вашем восприятии. Отсюда, видимо, вся эта детальность марсианских переживаний.

Мартин Дюранд, сидевший рядом с Новиту, худощавый, с гладко выбритым черепом и вытянутыми чертами лица человек, открыл кожанную папку и извлек из нее несколько фотографий. Он протянул их мне через стол:

- Взгляните, мистер Бачелор. Вы узнаете, кто это?

Я разложил их перед собой. На снимках была запечатлена красивая стройная блондинка с волнистыми волосами. Рядом с ней был я. Вот фото, снятое нашим семейным дроном - она в длинном красном платье, у меня на руках. Поломала каблук и я несу ее к такси. Девушка смеется. В моей памяти каскадом всплыли воспоминания.

- Это Эмили. Моя жена. - Я сам удивился, как легко произнес это.

Волосы на голове зашевелились.

На втором фото мы ехали по лесной дороге на спортивных велосипедах. Эмили улыбалась, ее чудесные белые волосы были собраны в пучок, заплетенный чуть ниже шлема. Она была в обтягивающем спортивном костюме синего цвета. Голубые глаза, белоснежная улыбка, пара скрученных прядей, вылезших на виске. Я вдруг вспомнил звучание ее заливистого смеха, удивительно живой голос. Эмили..

Мы стояли в спальне. Я был одет в парадный костюм - она полностью обнажена. Касалась моей щеки тыльной стороной пальцев. Луч солнца, падавший из окна скользил по ее стройной фигуре. Одной рукой я обнял ее за талию, другую запустил в распущенные пряди светлых волос. Привлек ее манящее тело к себе. Сердце бешенно колотилось. Эмили склонила голову набок, отводя пьянящий взгляд и подставляя открывшуюся шею для поцелуя. Через рубашку я ощутил прикосновение ее упругих грудей. Тонкие длинные пальцы проворно скользнули к пряжке ремня.

Внезапно воспоминание оборвалось и сменилось другим.

Искрящееся бриллиантами море. Крики чаек, плеск набегающей воды. Позолоченные солнечным светом волны каштановых волос. Бездонные изумрудные глаза. Они словно видели меня насквозь. Воспоминание оформилось столь отчетливо, что у меня перехватило дыхание..

- Ричард? - откуда-то издалека донесся до меня голос Селены, - Все в порядке?

Я словно вынырнул из поглощавшей меня водной пучины. Сделал глубокий вдох. Передо мной лежали фотографии Эмили.

- Да, спасибо. Воспоминания.. Извините.

Мысли мои опять спутались. Эти зеленые глаза снова преследовали меня. Кто она? Я вскользь просмотрел оставшиеся фотографии. Да, на них везде была Эмили, моя супруга. Но воспоминания скользили теперь как бы поверхностно. Ее выпускное фото из колледжа. Забавный головной убор магистра. Она, подобрав ноги, сидит с книгой в кресле. Надпись на обложке “Принцесса Марса”. Забавно. Пожалуй, последнее фото еще затронуло меня за живое. Фотография с ее похорон. Люди в траурных одеждах. Священнослужитель, читающий молитву. Тоже из книги, но уже совсем другой. Я вспомнил - супруга погибла при крушении туристического шаттла “Изысканный”. Она очень хотела попасть в лунный театр. Увы, ей так и не было суждено этого сделать.

Неожиданно для себя я заметил одну несколько странную вещь. Таблички, расположенные перед членами комиссии чуть заметно мерцали. Причем не синхронно, а изменение словно пробегало через их экраны волной. От самого левого, экрана Просперо Новиту, до самого правого, на котором значилось Линда Хорнби - биолог.

Я взглянул на Линду. Странная женщина в возрасте. Седые волосы, стрижка каре, серые, выцветшие глаза. Одета в зеленый жакет. Необычным в ней было то, что сидела она совершенно неподвижно. Только глаза сосредоточенно наблюдали за мной. Ее кресло было не таким, как у всех остальных и даже не похожим на мое транспортировочное. Было видно, что оно технологичное и многофункциональное, напичканное различной аппаратурой. К рукам женщины были подведены дугообразные крепления, а на концах пальцев размещались какие-то электронные накладки. Видимо, она была парализована.

Татьяна продолжила:

- Как видите, Ричард, произошедшее с вами являлось серьезным фоном для возможного психического расстройства. И как мы вынуждены констатировать, в результате аварии так и случилось. Но важным шагом к решению такого рода проблемы является ее осознание. То есть, вы можете себе помочь.

 

Далее: https://poembook.ru/poem/2365272-16---dyurand