Иоанн и Саломея
Иоанн и Саломея
Нить звенела, а браслеты
Колыхались в вихре танца.
Гости Ирода сидели,
Наслаждаясь танца глянцем.
Стан изящный расцветал
Средь цветов оцепененья.
И струился, и мерцал
Цвет, в котором солнца пенье.
Там торжественность взметнулась,
А движенья усыпляли.
И нога нагая гнулась,
То маня, то отдаляясь.
Ритмы медленно менялись,
А мелодия осталась.
И фигуры усложнялись,
А фигура оживлялась.
Средоточье красоты –
Точный взор зениц глубоких.
Резью сердце защемит
Лик смуглянки кареокой.
Слиток тела и мечты –
Песня пластики распадов.
Как клинок, её черты
Впились в уплотненье взглядов.
Всё быстрей её шаги –
Вплоть до головокруженья.
Все стремительно-стройны
И отчётливы движенья.
Жженье олова лучей завершилось
Пеленою блёклой дымки.
День, впитав сироп ночей,
Потерял свою улыбку.
Был задумчив и уныл Иоанн,
Разминая дум зигзаги.
Весь в себе, ни мёртв, ни жив,
Пролетал меж снов, как маги.
Сны белёсой чередой разметались,
Раскружились, столбенея,
В миг, когда стук каблуков
Раскатился эхом злее.
«Бред и разум рождены голосистым
Родниковым птичьим пеньем.
Смысл и боль обнажены», -
В полутьме шептали тени.
Стянут тусклой ворожбой белладонны
Легкотелой туч манерных,
Память резал дней прибой,
Трепыхался пепел серый.
И в сцеплении огней различались
Очертанья вех грядущих,
А смолы темничной клей
Становился в тактах гуще…
Знаки звёздные читал прорицатель,
Связь пропорций вскрыв скорее,
В полудрёме лепетал:
Что же так ты, Са-ло-ме-я?
- Саломея! – крикнул царь.
Всё, что хочешь, дам в награду!
Танец твой, как жезл, сиял.
Требуй для себя, что надо.
От щедрот моих подарки
Потекут живым потоком…
- Видеть я хочу, монарх,
Блюдо с головой пророка!
- С казнью, детка, не шали.
Это царская забава.
Чернь взбунтуется, смотри,
Он адепт высоких нравов.
Лучше в жемчугах наряды
Ты прими, не будь жестокой…
- Видеть я хочу, монарх,
Блюдо с головой пророка!
- Что не мыслила в мечтах,
Дам венец – красу востока.
- Видеть я хочу, монарх,
Блюдо с головой пророка!
Слово царское – янтарь,
Что оправлен славы сроком.
Видеть я хочу, мой царь,
Блюдо с головой пророка!
Ветер мчался с шумом вскачь
В одеянии багряном.
Засверкал точёный меч
За плечами Иоанна…
И воскликнул Иоанн:
«Пылкий танец не забуду!»
Покатилась голова
По серебряному блюду.
Игорь Левин, 1999
Нить звенела, а браслеты
Колыхались в вихре танца.
Гости Ирода сидели,
Наслаждаясь танца глянцем.
Стан изящный расцветал
Средь цветов оцепененья.
И струился, и мерцал
Цвет, в котором солнца пенье.
Там торжественность взметнулась,
А движенья усыпляли.
И нога нагая гнулась,
То маня, то отдаляясь.
Ритмы медленно менялись,
А мелодия осталась.
И фигуры усложнялись,
А фигура оживлялась.
Средоточье красоты –
Точный взор зениц глубоких.
Резью сердце защемит
Лик смуглянки кареокой.
Слиток тела и мечты –
Песня пластики распадов.
Как клинок, её черты
Впились в уплотненье взглядов.
Всё быстрей её шаги –
Вплоть до головокруженья.
Все стремительно-стройны
И отчётливы движенья.
Жженье олова лучей завершилось
Пеленою блёклой дымки.
День, впитав сироп ночей,
Потерял свою улыбку.
Был задумчив и уныл Иоанн,
Разминая дум зигзаги.
Весь в себе, ни мёртв, ни жив,
Пролетал меж снов, как маги.
Сны белёсой чередой разметались,
Раскружились, столбенея,
В миг, когда стук каблуков
Раскатился эхом злее.
«Бред и разум рождены голосистым
Родниковым птичьим пеньем.
Смысл и боль обнажены», -
В полутьме шептали тени.
Стянут тусклой ворожбой белладонны
Легкотелой туч манерных,
Память резал дней прибой,
Трепыхался пепел серый.
И в сцеплении огней различались
Очертанья вех грядущих,
А смолы темничной клей
Становился в тактах гуще…
Знаки звёздные читал прорицатель,
Связь пропорций вскрыв скорее,
В полудрёме лепетал:
Что же так ты, Са-ло-ме-я?
- Саломея! – крикнул царь.
Всё, что хочешь, дам в награду!
Танец твой, как жезл, сиял.
Требуй для себя, что надо.
От щедрот моих подарки
Потекут живым потоком…
- Видеть я хочу, монарх,
Блюдо с головой пророка!
- С казнью, детка, не шали.
Это царская забава.
Чернь взбунтуется, смотри,
Он адепт высоких нравов.
Лучше в жемчугах наряды
Ты прими, не будь жестокой…
- Видеть я хочу, монарх,
Блюдо с головой пророка!
- Что не мыслила в мечтах,
Дам венец – красу востока.
- Видеть я хочу, монарх,
Блюдо с головой пророка!
Слово царское – янтарь,
Что оправлен славы сроком.
Видеть я хочу, мой царь,
Блюдо с головой пророка!
Ветер мчался с шумом вскачь
В одеянии багряном.
Засверкал точёный меч
За плечами Иоанна…
И воскликнул Иоанн:
«Пылкий танец не забуду!»
Покатилась голова
По серебряному блюду.
Игорь Левин, 1999
