Рассвет
Рассвет.
Чрез облака наконец-то встало Солнце.
Откинули плед.
Можно выйти для дела, пока стучит сердце.
Построить заборы, сады посадить.
Село затухшее градом замостить.
Убежать далеко, далеко, где поярче.
Посидеть, да подумать, как сделать бы слаще,
При этом ручаясь за наших, без тех, наивных людей.
Глотнувших ночи и смрадной вони свечей.
Руку к сердцу прижать, при наступившем бессилии
И подумать не о себе, а о людях, о Родине нашей - России!
Ведь куда же она без тебя? А ты куда ж без труда?
Небеса, солнце нам светят! Солнце ж само!
Смотри в небеса, как в родное трюмо.
Ходи по лугам, по полям под лучами.
Всюду ходи. Работай руками, ногами.
А при всякой дурацкой затее,
Если родилось сомненье.
Подумай о нас.
Не думай о том, что кто-то угас
В твоем начинании.
Если ты знаешь, что так будет лучше -
Грех - искать себе оправданий.
Ведь Солнце посветит, посветит, да сгинет
И ночь, ветер, тучи, да ливень настигнет.
И будет клоака, потерпят все,
И мечта о рассвете будет во сне
Опять,
Но долго об этом будут мечтать,
Но долго об этом будут мечтать.
Долго.
Но после того, как ливень уйдет.
И люди увидят, как Солнце встает.
Все выйдут, крича, и не раз: "Ура!"
Лелея, что дальше так будет всегда.
И пир мы закатим, вино подадим,
Женщин любимых до постель напоим.
В пылком веселье три баяна порвем.
Со стула, от смеха взахлеб, упадем!
Мы будем гордиться нашей страной.
Нашей любимой, родною страной!
Нас она любит, нас веселит.
Начихаем на тот, уже пройденный стыд.
Забудем тех, кто по полю гулял,
В небо глядел, от людей убегал.
Странный чудак, не испил с нами вин,
Эх, да и чёрт с ним! Дальше сидим!
Кто сейчас не сидит за столом,
Тот скорее всего давно погребен,
А если сидит, то не так уж давно,
И сейчас подливает нам водицы в вино.
Сюда, патриот, прямо сюда,
Где глотки рвя, орут: "Родина!".
Где ты ногами мараешь свой стол,
Ставя ноги крестом, и их на него.
Что ж ты, паскуда, себя так ведешь.
Все только жрешь, не орешь, не поешь,
Не воюешь, не пишешь, а только все пир.
Пир на весь мир, ради мира, за мир.
Кто будет трудиться? Эй, отзовись!
Кто будет бежать? Ну ты хоть шевельнись!
Да не ради застолья, не ради себя.
Все только молчали и ныли, скорбя.
Только будучи вместе мы сможешь уйти
От ливня, ночи, грозы да погибели.
Так что помни, если создан рассвет,
То скоро протухнет, как твой жирный омлет.
Мы все родились, все мы живем.
Все мы что-то куда-то несем.
И, все хотят, чтоб несли мы свет.
«Давай, поднимай!» - хрустнул хребет.
Когда родятся они - наши внуки и дети.
Когда мы будем уже просто предки,
Которые жили свои годки так,
Что горб не исправит даже саркофаг.
Вот тогда от души и гульнем.
А на утро, проснувшись, вспомним о том,
Что, коль, мы гуляли, значит не зря.
А сейчас за работу, вперед сыновья!
И так до бесконечности можно веселить.
Солнце ведь, почти что в зените стоит.
На улице все, но кто чем занят?
Кто за столом, кто под столом.
Кто смеётся, кто плачет, кто бродит с вином.
Одиночки ходят возле стола.
И, с недолюбием, ждут времена.
Когда уже наедятся все до тошноты,
Затянут потуже большие штаны.
И взглянут не вперед, а в небеса.
И всех пробудят от чудного сна.
Для нас, для людей, творить дела.
И печень, и мозг тогда заживет,
Торчащее пузо у всех пропадет.
Вот тогда будет переворот.
Вот это будет переворот!
Вот это будет переворот…
Вот это смешной анекдот!
Вот это смешной анекдот!
За него!
Чрез облака наконец-то встало Солнце.
Откинули плед.
Можно выйти для дела, пока стучит сердце.
Построить заборы, сады посадить.
Село затухшее градом замостить.
Убежать далеко, далеко, где поярче.
Посидеть, да подумать, как сделать бы слаще,
При этом ручаясь за наших, без тех, наивных людей.
Глотнувших ночи и смрадной вони свечей.
Руку к сердцу прижать, при наступившем бессилии
И подумать не о себе, а о людях, о Родине нашей - России!
Ведь куда же она без тебя? А ты куда ж без труда?
Небеса, солнце нам светят! Солнце ж само!
Смотри в небеса, как в родное трюмо.
Ходи по лугам, по полям под лучами.
Всюду ходи. Работай руками, ногами.
А при всякой дурацкой затее,
Если родилось сомненье.
Подумай о нас.
Не думай о том, что кто-то угас
В твоем начинании.
Если ты знаешь, что так будет лучше -
Грех - искать себе оправданий.
Ведь Солнце посветит, посветит, да сгинет
И ночь, ветер, тучи, да ливень настигнет.
И будет клоака, потерпят все,
И мечта о рассвете будет во сне
Опять,
Но долго об этом будут мечтать,
Но долго об этом будут мечтать.
Долго.
Но после того, как ливень уйдет.
И люди увидят, как Солнце встает.
Все выйдут, крича, и не раз: "Ура!"
Лелея, что дальше так будет всегда.
И пир мы закатим, вино подадим,
Женщин любимых до постель напоим.
В пылком веселье три баяна порвем.
Со стула, от смеха взахлеб, упадем!
Мы будем гордиться нашей страной.
Нашей любимой, родною страной!
Нас она любит, нас веселит.
Начихаем на тот, уже пройденный стыд.
Забудем тех, кто по полю гулял,
В небо глядел, от людей убегал.
Странный чудак, не испил с нами вин,
Эх, да и чёрт с ним! Дальше сидим!
Кто сейчас не сидит за столом,
Тот скорее всего давно погребен,
А если сидит, то не так уж давно,
И сейчас подливает нам водицы в вино.
Сюда, патриот, прямо сюда,
Где глотки рвя, орут: "Родина!".
Где ты ногами мараешь свой стол,
Ставя ноги крестом, и их на него.
Что ж ты, паскуда, себя так ведешь.
Все только жрешь, не орешь, не поешь,
Не воюешь, не пишешь, а только все пир.
Пир на весь мир, ради мира, за мир.
Кто будет трудиться? Эй, отзовись!
Кто будет бежать? Ну ты хоть шевельнись!
Да не ради застолья, не ради себя.
Все только молчали и ныли, скорбя.
Только будучи вместе мы сможешь уйти
От ливня, ночи, грозы да погибели.
Так что помни, если создан рассвет,
То скоро протухнет, как твой жирный омлет.
Мы все родились, все мы живем.
Все мы что-то куда-то несем.
И, все хотят, чтоб несли мы свет.
«Давай, поднимай!» - хрустнул хребет.
Когда родятся они - наши внуки и дети.
Когда мы будем уже просто предки,
Которые жили свои годки так,
Что горб не исправит даже саркофаг.
Вот тогда от души и гульнем.
А на утро, проснувшись, вспомним о том,
Что, коль, мы гуляли, значит не зря.
А сейчас за работу, вперед сыновья!
И так до бесконечности можно веселить.
Солнце ведь, почти что в зените стоит.
На улице все, но кто чем занят?
Кто за столом, кто под столом.
Кто смеётся, кто плачет, кто бродит с вином.
Одиночки ходят возле стола.
И, с недолюбием, ждут времена.
Когда уже наедятся все до тошноты,
Затянут потуже большие штаны.
И взглянут не вперед, а в небеса.
И всех пробудят от чудного сна.
Для нас, для людей, творить дела.
И печень, и мозг тогда заживет,
Торчащее пузо у всех пропадет.
Вот тогда будет переворот.
Вот это будет переворот!
Вот это будет переворот…
Вот это смешной анекдот!
Вот это смешной анекдот!
За него!
