Аромат лилии

Деревянная узенькая лодка, подминая лилии, ткнулась в пологий берег.... Девушка, сидящая на корме, потянулась, чтобы сорвать одну, подол с красными рюшами задрался и открыл его взору загорелые округлые коленки. Одёрнув сарафанчик, она опустила глаза, залилась румянцем и погрузила свой прелестный носик в белоснежные лепестки. Он будто бы не заметил конфуза, сложил по бортам скрипучие вёсла и, закатав штанины, вытянул лодочку с дамой на сухое...
«Ну чё, ездила с ним..? - спрашивала вертлявая подружка, - было у вас..?» Она улыбалась смущённо и мотала в ответ головой. Стала описывать, как они ходили по цветущим лугам, держась за руки, ловили красивых бабочек и слушали дрозда. Рассказ про его сдержанность и даже, как ей показалось, некую робость, вызвал у подруги истерический хохот. «Ой, не могу, держите меня, нашла робкого... Половину села уже оприходовал, а с ней, видишь ли, в джентльмена играет... Ну не хочешь говорить - не надо - тоже мне, Татьяна Ларина!» - сказала подруга и надула губы.
Он был напорист с девушками! Блистал остроумием, прекрасно пел под гитару и вообще, пользовался славой Дон Жуана. Только рядом с ней было всё по-другому. Будто, снимая маску, кавалер превращался в театрального Пьеро, который от своей печальной влюблённости не в силах был смеяться и фривольно шутить. Она была строго воспитана и сама о первом шаге не помышляла. Они встречались по выходным, когда красавица приезжала из города к бабушке и выходила гулять. Местные девчонки, показывая на него пальцем, предупредительно шептали «Бабник!», - а он ей нравился...
Их встречи были наполнены целомудрием и светскими беседами, музыкой Шуберта и запахом полевых цветов...
Как-то посреди недели, оказавшись свободной от дел, она снова поехала в бабушкино село. Стоя на палубе теплохода представляла, как он обрадуется её нежданному визиту, непременно справится о здоровье, набросит на плечи вязаный жакет и повезёт гулять в заливные луга.
Солнце качалось на убегающих волнах, в пояс кланялся прибрежный камыш, и чайки тянулись за флагом, громко требуя от пассажиров еды. На подходе к пристани она заметила вдалеке одинокую лодку, отчалившую от сельского берега. Расстояние не давало разглядеть лодочника, и она, приложив козырьком руку, щурилась от бликов, подавшись вперёд...
Вдруг, тревожная мысль кольнула её в висок. Будто взметённая птица, красотка бросилась по железной лесенке наверх и выпросила у капитана бинокль...
 
Он смеялся и говорил что-то, налегая на вёсла. На корме сидела её вертлявая, недоверчивая подруга в короткой юбке и ничуть не стеснялась своих голых ног. Выгнув спину, как кошка, местная девка наклонилась, подняла что-то со дна двумя пальцами и бросила за борт. Лодка пересекла затон, свернула в протоку и пропала из виду за пышными ивовыми кустами...
Сойдя по трапу, она сразу пошла в кассу за обратным билетом. Дожидаясь посадки, девушка спустилась к самой воде, чтобы умыться. Слёзы совсем не хотели умываться и капали из глаз снова и снова... Река, будто ощутив их горечь, заволновалась, не зная, чем помочь, как успокоить несчастную, и принесла к её загорелым ногам выброшенную из лодки увядшую лилию...