Ностальгунчик

Конечно, жалко, что стареем,

конечно, жалко, что тупеем,

конечно, жалко быть евреем,

но сожалеть — еще глупее...

 

И всех нас мучит ностальгия

по детству, юности. Другие

нам любы времена — в которых

инфарктов нет, инсультов, "скорых".

 

Нам любы времена другие,

в которых женщины нагие

на всё готовы. А мужчины —

голубоглазые блондины.

 

Там дети — ангелочки. Мамы

в любви и нежности упрямы,

а папы — мужественны. И вы

в любви купаетесь. Все живы,

 

здоровы, счастливы, довольны —

на воле или же нево́льны,

неважно — главное быть в прошлом,

убогом ли, голодном, пошлом...

 

Нам любы времена "пломбиров",

имбирных пряников, "зефиров",

что в шоколаде — и "трёх мишек

в лесу". Смешных мальчишек,

 

коленок, мазаных зелёнкой.

Нам любо стать опять девчонкой,

чтоб дёргали нас за косички,

чтоб вновь портфель наш нёс отличник.

 

Нам любы старые соседи,

медведи на велосипеде,

что выступали в цирке. Жалко,

что вдруг исчезла коммуналка,

 

а с нею — примусы, и сразу

куда-то делись керогазы,

пропали вдруг все инвалиды,

открытки, солнечные виды

 

из Кобулети, Сочи, Поти.

Пропали мамы, папы, тёти,

пропали дедушки и дяди,

пропали бабушки. И пряди

 

уже у нас совсем седые —

и сами мы немолодые,

а жизнь — без ретуши, притворства.

Но тем сильнее мы с упорством,

 

что — безо всякого сомненья —

увы, достойно примененья

куда как лучшего, стенаем,

о сладком прошлом вспоминаем.

 

Нам всем не нравится сегодня,

а жизнь прошедшая — лишь сводня

меж сладким прошлым и моментом,

когда мы станем постаментом.