В глуши

Я представлений не даю,

Живу в уединеньи ныне –

Ещё, конечно, не в раю,

Но и не в пагубной пустыне.

 

Всё есть, а главное – покой.

Собрал недавно я гербарий,

И над пространною рекой

Стоял, как царь персидский, Дарий.

 

В трубу подзорную смотрел,

Когда ж пресытился, немедля

Себе сработал самострел

И всполошил в лесу оленя.

 

Сел на пенёк, вокруг едва

Листва вскипала, и тянулся

Ручей на север, где Москва,

Где лёд сковал речные устья.

 

Уж холод стлался, по утрам

Седлал траву пушистый иней.

Жизнь дорожала – каждый грамм.

Лес оголился в паутине.

 

Нет, я в глуши не одинок,

Со мной ещё литература.

И я читаю между строк

Роман известный про Бен-Гура.

 

Деревня рядом в три двора,

Там иногда мычит корова,

Таскают брёвна столяра

Для отопления печного.

 

А я, когда зима прижмёт

И батарея мне приснится,

Пальтишке выкажу почёт,

Направлюсь в город, как синица.

 

Но вскоре всё-таки вернусь:

Дверь отопру, на койку лягу.

И покемарю, слыша Русь,

Как слышал раньше Леди Гагу.