Шекспир, Сонет 127

Считали раньше чёрный не красивым,

Ведь имя красоты он не носил.

Теперь её наследником не мнимым,

Он стал назло тем, цвет кто поносил.

С тех пор, как прелесть так оклеветали,

Сменив её подделкою простой,

Тем сущность красоты саму попрали,

Неправедной, кощунственной рукой.

Вот почему, твои глаза и брови,

Черны - они красой своей скорбят.

О тех, в ком нет той благородной крови,

Той белизны, что все боготворят.

Но так изящна скорбь, что в них живёт,

Что каждый, красотой её зовёт!

25.06.2017

 

In the old age black was not counted fair,

Or if it were it bore not beauty's name;

But now is black beauty's successive heir,

And beauty slandered with a bastard shame:

For since each hand hath put on Nature's power,

Fairing the foul with art's false borrowed face,

Sweet beauty hath no name, no holy bower,

But is profaned, if not lives in disgrace.

Therefore my mistress' brows are raven black,

Her eyes so suited, and they mourners seem

At such who not born fair no beauty lack,

Sland'ring creation with a false esteem:

Yet so they mourn, becoming of their woe,

That every tongue says beauty should look so.