Деда

Пробежаться с утра. Обуваю спросонья кроссы.
Два наушника в уши, чтоб сердце стучало в такт.

...Он показывал мне, как скручивать папиросу.
Я учила его с двух щелчков заходить в "Контакт".

Это он по утрам километр летел ракетой.
И одышка почти незаметна была, чуть-чуть.
Вот такие, как он, и вертели мою планету.
Вот такие, как он, направляли на нужный путь.

Закалила его, превратила в стального зверя
Птица черная, когтем сметавшая города.
Ни одной не осталось тогда уцелевшей двери.
Стала красной от крови и белой от слез вода.

...Он не знал, как ему нужно правильно щелкать мышкой,
Чтобы кликнуть на нужное фото и нужный текст.
Знал, как лучше припрятать паек для того мальчишки,
Что уже как неделю не пьет ничего и не ест.

Знал, куда навести, чтобы точно попало в горло.
Знал окопы и лес, самокрутки, костер и дым.
...Мы хотим вот того. И того. И того. Приперло!..
...Все шептали ему в оба уха:
- Мы жить хотим!..

Все привычное нам ему было так странно, чуждо.
Сигарет он не покупал - с папиросой жил.
Весь глобальный прогресс ни черта ему был не нужен.
На гармошке играл, чай с вареньем и медом пил.

А когда баба-Смерть уложила его на лопатки,
Он меня подозвал к себе и шепнул:
- Живи.
Мы боролись за вас. Мы боролись за вас, ребятки.
Жизнь одна у тебя. От души ее проживи.

...Пробежаться с утра. Обуваю спросонья кроссы.
Два наушника в уши, чтоб сердце стучало в такт.

Я сдержу обещание, деда, и без вопросов.
Ты крути папиросу. Не нужен тебе "Контакт".