ИМЯ

Здесь ливни такие, каких не увидишь нигде.

 

Сквозь бурный поток никому невозможно пробраться...

 

Лишь путник усталый бредёт по колено в воде -

 

Он свыкся с дорогой, и жаль ему с нею расстаться.

 

 

 

На мокрой земле он устроит ночлег без огня.

 

Пустую котомку положит себе в изголовье.

 

Пробьются сквозь тучи лучи заходящего дня,

 

И мир обагрится густою закатною кровью

 

 

 

Тогда станет думать о той, что живёт вдалеке,

 

К кому лишь в мечтах обращался с несмелою речью.,

 

А утром подняться и снова шагать налегке

 

Судьбе вопреки и манящему счастью навстречу.

 

 

 

А тропы всй кручи, и всё утомительней дождь,

 

Потоки воды перемешаны с каплями пота,

 

Нет правды достойней, чем сердца горячего ложь,

 

Нет страсти сильней, чем безумная страсть дон Кихота.

 

 

 

Он вышел из туч и ногою ступил на ледник,

 

Глаза прикрывая от стрел беспощадного солнца.

 

И шёл без страховки, кратчайшим путём, напрямик

 

К вершине,чьё имя на всех языках отзовётся.

 

 

 

К скале прислонясь, он устроил последний привал,

 

Не спал ни минуты и еле дождался рассвета,

 

Цепляясь за камни, к вершине карабкаться стал,

 

И если б сорвался, никто б не дознался об этом.

 

 

 

Уже на закате достиг он вершины горы,

 

И видел, как молнии где-то внизу полыхали.

 

Он был теперь Богом, чьей воле подвластны миры,

 

И громы далекие еле к нему долетали..

 

 

 

Как Бог был велик, когда имя её высекал,

 

Огромные буквы за день уквенчали вершину.

 

Стук молота эхом дробился в расщелинах скал,

 

Дал женское имя горе, утаив своё имя мужчины.

 

 

 

Кто знает, чем кончил безумец обратный свой путь.

 

Под звонкие ливни вставала трава молодая.

 

При спуске не раз мог сорваться и шею свернуть.

 

Но имя осталось — и умер бы он не страдая.

 

 

 

1973