Парусник Енель.
Молитвой парусник Енель;
Несет, проносит: шторм тревог,
Ночного королевства снов.
Мечты объятой, в образе обманном.
Его не видно нам.
Но, всеже там.
На лоне величавой Клеопатры,
Величественно глядь переглядев,
Рисует сам Дам Лани,
И видет Лани красоту небес,
Как, словно чемчуг драгоценный в океане.
И он, еще готов спастись,как словно бес,
Бросаясь в привосходстве силой над ипари.
Красиво, ведь таинственно и это не преглядно,
Волнует створ очей огня: в доклад и, как на рынке в суете,
В гранитном сумраке трезвились паруса...
Обычный берюзовый цвет, а ниже алая свобода.
Дарованая правдой жизни.
Постой!
Качает весь корабль от тревоги.
Застыл корабль, дрогнул океан.
А, Клеопатра радуясь венцовой власти.
На миг и первенство свое оставив,
Поклон земной осеяла Енели.
Корабль содрагаясь с рифа, встал.
За, бортом, словно стаю беренечных волков,
Хозяин с цепи, вслед спустил, прогнал!!!
Еще держась над головой,
Открыло небо радугой,
Свой взор!
И Клеопатра венциносно,
Сказала все:рисуем на Енели,
Как, признак вражьего доверья,
Волков, охрану и стаю псов.
Скажу, едва-ли, тут шутили,
Когда Енель, всем жизнь смасла и подарила.
Несет, проносит: шторм тревог,
Ночного королевства снов.
Мечты объятой, в образе обманном.
Его не видно нам.
Но, всеже там.
На лоне величавой Клеопатры,
Величественно глядь переглядев,
Рисует сам Дам Лани,
И видет Лани красоту небес,
Как, словно чемчуг драгоценный в океане.
И он, еще готов спастись,как словно бес,
Бросаясь в привосходстве силой над ипари.
Красиво, ведь таинственно и это не преглядно,
Волнует створ очей огня: в доклад и, как на рынке в суете,
В гранитном сумраке трезвились паруса...
Обычный берюзовый цвет, а ниже алая свобода.
Дарованая правдой жизни.
Постой!
Качает весь корабль от тревоги.
Застыл корабль, дрогнул океан.
А, Клеопатра радуясь венцовой власти.
На миг и первенство свое оставив,
Поклон земной осеяла Енели.
Корабль содрагаясь с рифа, встал.
За, бортом, словно стаю беренечных волков,
Хозяин с цепи, вслед спустил, прогнал!!!
Еще держась над головой,
Открыло небо радугой,
Свой взор!
И Клеопатра венциносно,
Сказала все:рисуем на Енели,
Как, признак вражьего доверья,
Волков, охрану и стаю псов.
Скажу, едва-ли, тут шутили,
Когда Енель, всем жизнь смасла и подарила.

